В России лечат болезнь Жанны Фриске, лишая опухоль питания
Фото
iStockphoto

Опухоль в мозге всего 4 миллиметра, но для москвички Ольги Назаровой это прозвучало, как приговор. Остановить глиобластому — вид рака, от которого скончались Жанна Фриске, юморист Михаил Задорнов, оперный певец Дмитрий Хворостовский, — практически невозможно. Сейчас с этим же заболеванием борется актриса Анастасия Заворотнюк — она уже не один год ведет эту битву.

Смертельная опасность глиобластомы в том, что она крайне агрессивная — молниеносно растет, у нее высокая склонность к рецидивам и образованию метастазов — они возникают у 60-90 процентов больных. Даже после проведения всех видов лечения, пятилетняя выживаемость составляет не более 10 процентов, то есть 9 из 10 людей с таким диагнозом умрут в течение 5 лет. По двухлетней выживаемости ситуация не многим лучше, в живых остаются всего 15 процентов из заболевших. Но статистика — не повод опускать руки.

В России лечат болезнь Жанны Фриске, лишая опухоль питания
Ольга Назарова
Фото
nmicr.ru

В МНИОИ им. П.А. Герцена разработали уникальный метод лечения глиобластомы. Опухоль с помощью препаратов моноклональных антител лишают питания, благодаря этой манипуляции она перестает расти. Экспериментальную терапию проходит и Ольга Назарова.

- Мне просто повезло, я узнала, что есть такие врачи, — признается Ольга.

Опухоль у нее обнаружили в 2019 году, причем произошло это совершенно случайно, во время проведения планового МРТ. Там обнаружили подозрительный узелок, размером всего 4 миллиметра и осторожно предположили, что это глиобластома. Для уточнения диагноза женщину отправили в НМИЦ нейрохирургии им. академика Н.Н. Бурденко. Там диагноз подтвердили, затронута левая височная область.

- Меня отправили на лучевую терапию, она продлилась 40 дней, — рассказала Ольга. —  Мне было очень тяжело, если честно.

После этого провели курс химиотерапии.

- Всего было по три курса химио- и лучевой терапии, — вспоминает Ольга. — Я делала все, что возможно, просила любые препараты.

Казалось бы, выхода нет. Но неожиданно женщина увидела по телевизору репортаж, где врачи рассказали о новом методе лечения. Ольге показалось, что это ее шанс. Так и получилось. Женщина позвонила в колл-центр МНИОИ им. П.А. Герцена, ее пригласили в отделение рентгенэндоваскулярных методов лечения, которое возглавляет кандидат медицинских наук Андрей Рерберг. После осмотра они приняли решение бороться. Так продолжается уже год — ровно столько Ольга ходит на процедуры.

Андрей Рерберг
Андрей Рерберг
Медицина

Заведующий дневным стационаром, врач по рентгенэндоваскулярным диагностике и лечению МНИОИ им. П. А. Герцена.

- Пациентке проводится уникальное лечение, которое разработано в нашем институте — это лечение глиобластомы с внутриартериальным введением химиопрепарата, — объяснил Андрей Рерберг. — В ситуации с Ольгой мы наблюдаем стабилизацию онкологического процесса — опухоль не растет.

Лечение проводится в рамках научного протокола — клинических исследований нового метода. Ольга — не единственная участница, есть еще несколько человек с таким же диагнозом. Для доставки препарата к участку, который питает опухоль, в паху делается прокол, потом специальным катетером заходят в артерию головного мозга.

- Далее проводится временное открытие гематоэнцефалического защитного барьера, — объяснили порядок действий в пресс-службе НМИЦ радиологии Минздрава России.

Гематоэнцефалический барьер (ГЭБ) защищает нервную ткань от микроорганизмов, токсинов. По сути, ГЭБ — это высокоселективный фильтр, который не допускает к клеткам ничего лишнего и опасного. После того, как защитный барьер «разорван», в артерию вводят специальный раствор с моноклональными антителами, благодаря этому останавливается рост сосудов опухоли, она оказывается на «голодном пайке». Весь процесс выполняется под наркозом и контролем рентгена. Количество процедур не ограничено.

- Столько, сколько нужно, мы первопроходцы, будем идти с надеждой на победу, — признался Андрей Рерберг.

Ольга прошла уже десять процедур.

- Мне в 2019 году сказали: года полтора, и все, а я вот уже три года живу и борюсь, — признается женщина. — Живу полноценной жизнью. И буду бороться. У каждого из нас свой жизненный путь, сколько Богом отмерено, никто не знает. Важно, как мы проживаем этот путь. Я поняла только сейчас и стараюсь каждый день наполнить радостью и смыслом.