Улыбка без жертв. Стоматологи рассказали, почему здоровье зубов важнее внешнего вида

На первый план выходят сохранение здоровых тканей, правильная функция зубочелюстной системы и индивидуальный подход к каждому пациенту.

Что сегодня чаще приводит пациентов в кабинет стоматолога-ортопеда — медицинская необходимость или стремление к красивой улыбке, — обсудили врачи-стоматологи на круглом столе «Доктора Питера».

Показания или красота

Эстетика и функция давно перестали существовать отдельно друг от друга, считают эксперты.

По словам стоматолога-ортопеда-гнатолога, хирурга-имплантолога клиники Orteam Ивана Нечаева, в современной стоматологии решение о протезировании должно приниматься прежде всего по медицинским показаниям.

— Если речь идет о врачебной необходимости, то показаниями к установке виниров или коронок чаще всего становятся сильно разрушенные зубы, выраженные изменения цвета эмали, а также функциональные нарушения, — объяснил он. — Очень часто мы сталкиваемся с пациентами, которые обращаются исключительно за эстетикой, но при обследовании выясняется, что существуют проблемы с суставом, стираемость зубов или другие нарушения, о которых человек даже не подозревал.

Также после лечения височно-нижнечелюстного сустава нередко требуется закрывать зубы ортопедическими конструкциями, чтобы стабилизировать полученный результат.

— Поэтому говорить о том, что виниры и коронки нужны только для красоты, было бы неправильно. На практике функция зачастую оказывается даже важнее эстетики, — отметил он.

Стоматолог-хирург-ортопед Немецкой семейной клиники Анатолий Левин напоминает: медицинских показаний для установки коронок достаточно много. К ним относятся разрушение зуба более чем на 50%, объемные композитные реставрации с неудовлетворительным эстетическим результатом, ранее эндодонтически пролеченные зубы, патологическая стираемость и последствия травм.

Выбор между винирами и коронками определяется не столько желанием изменить улыбку, сколько состоянием самого зуба.

— Решение зависит от того, нужно ли зуб восстанавливать после сильного разрушения или речь идет о косметической коррекции здоровых зубов, — поясняет Анатолий Левин. — Если показаний для установки ортопедической конструкции нет, но пациент приходит с определенным запросом, сначала необходимо разобраться, что именно его не устраивает. Нередко проблему можно решить при помощи малоинвазивных методов лечения.

Александр Большаков, заведующий стоматологическим отделением клиники «Балтмед», отметил: стоматолог обязан учитывать не только клиническую картину, но и запрос человека, его ожидания и возможности.

— Мы должны отталкиваться от потребности пациента, от того заболевания или проблемы, с которой он пришел, — считает он. — Но важно понимать: лечим не диагноз на бумаге, а конкретного человека. Поэтому необходимо учитывать и его пожелания, и те возможности, которыми он располагает.

По словам врача, в стоматологии особенно важен честный диалог: пациент должен понимать, какие варианты лечения существуют, зачем предлагается тот или иной план и какого результата можно ожидать.

— Нельзя просто сказать человеку: «Вам нужно вот это лечение», — поясняет эксперт. — Нужно объяснить, почему именно такой вариант подходит в его ситуации, какие есть альтернативы, какие этапы предстоят. Тогда пациент не просто соглашается с планом, а осознанно участвует в принятии решения.

По словам Николая Петрова, стоматолога-ортопеда клиники «57 граней», конечная цель любого ортопедического лечения — восстановление нормы.

— Мы не создаем что-то сверхъестественное. Мы не биохакеры. Наша задача — вернуть человеку норму: функцию, эстетику, комфорт. Когда пациент смотрит в зеркало и понимает, что его что-то не устраивает — зубы стерлись, изменили цвет, нарушилась форма улыбки, — значит, он ощущает отклонение от этой нормы, — прокомментировал он. — Конечно, представления о красоте у всех разные. Кто-то десятилетиями живет со своими зубами и считает, что все в порядке. Но если человеку требуется масштабная реабилитация, мы часто используем виниры как более щадящий вариант восстановления, позволяющий сохранить больше собственных тканей зуба.

Однако само понятие нормы в стоматологии далеко не универсально. На это обратил внимание стоматолог-ортопед, гнатолог клиники GRANDMED Владимир Марковец.

— У всех разные размеры челюстей, особенности черепа, положение суставов. Поэтому возникает вопрос: что вообще считать нормой? — задается он вопросом. — Сегодня у нас есть большое количество инструментов диагностики: сканирование, фотопротоколы, рентгенологические исследования, функциональный анализ. Мы собираем огромное количество данных и уже на их основе определяем индивидуальные параметры конкретного человека.

Владимир Марковец напомнил, что в профессиональной среде существует понятие референсного коридора — диапазона допустимых значений, внутри которого и формируется индивидуальная норма для каждого.

— Мы занимаемся не отдельным зубом, а всем жевательным аппаратом: это зубы, челюсти, суставы, мышцы, и все они находятся в постоянной динамике, — напомнил Роман Зеленский, стоматолог-ортопед, гнатолог системы клиник МЕДИ. — Коронки и виниры были созданы прежде всего для восстановления утраченной анатомии зубов после кариеса, травм, бруксизма или стираемости. Поэтому наша задача — оценить клиническую картину, составить индивидуальный план лечения и при необходимости привлечь других специалистов: ортодонтов, терапевтов, хирургов, остеопатов. В идеале пациент должен получить комплексную помощь, после которой будет восстановлена эстетика и функционал зубочелюстной системы, а он сможет комфортно жить, не испытывая болевых ощущений, и уйти домой довольным результатом.

Эстетика же становится следствием правильно восстановленной функции.

— После правильного анализа исходных данных пациента и нормализации функции всей системы хорошая эстетика становится приятным бонусом лечения. Красота не возникает сама по себе, она вырастает из гармонии, — считает эксперт.

— Посмотрите на олимпийских чемпионов. Их движения кажутся красивыми потому, что техника доведена до совершенства. Так же и в стоматологии, — объясняет он. — Очень часто то, что правильно с функциональной точки зрения, выглядит красиво. И наоборот.

По его словам, существует множество врожденных особенностей и дефектов, которые относительно легко поддаются коррекции и способны серьезно изменить качество жизни пациента.

— Иногда достаточно исправить один заметный эстетический недостаток, чтобы человек начал чаще улыбаться, стал увереннее в себе, легче строил отношения и карьеру. Такие изменения нельзя считать чем-то незначительным, — отметил Николай Петров.

Вместе с тем Владимир Марковец напомнил, что существует особая категория пациентов, которым стоматологическое лечение может не принести ожидаемого удовлетворения.

— Есть пациенты, которые не принимают себя независимо от того, какие изменения мы выполняем, — пояснил он. — Иногда в таких случаях правильнее сначала рекомендовать консультацию психотерапевта и только потом обсуждать стоматологическое лечение. Вполне возможно, что после работы со специалистом человек примет свою улыбку такой, какая она есть, и необходимость во вмешательстве просто исчезнет.

Похожую позицию занимает хирург-имплантолог Центра имплантации UniverStom Антон Диков. Он отмечает, что современный пациент все чаще приходит к стоматологу не только за восстановлением разрушенных зубов, но и за улучшением улыбки: она давно стала важной частью социального успеха, уверенности в себе и эмоционального благополучия.

— Безусловно, есть случаи, когда протезирование коронками и винирами необходимо для восстановления утраченных функций, но есть и ситуации, когда стоматологи проводят протезирование исключительно с эстетической целью, — говорит Антон Диков.

К медицинским показаниям специалист относит частичную или полную потерю зубов, разрушение зуба более чем наполовину, необходимость коррекции высоты прикуса при выраженной стираемости, а также дефекты положения зубов, которые невозможно устранить ортодонтическим лечением.

Эстетическими же поводами для обращения становятся неудовлетворительные цвет, форма и размер зубов, а также наличие промежутков между ними, если пациент по тем или иным причинам не готов к ортодонтическому лечению.

Стоматолог-ортопед клиники EMS Дмитрий Курмасов считает принципиально важным разделять медицинскую необходимость и эстетическое желание пациента. Именно это разграничение определяет как тактику лечения, так и ответственность врача.

Для виниров медицинским поводом могут быть сколы и трещины эмали, патологическая стираемость, эрозия эмали и врожденные нарушения ее развития. Для коронок абсолютными показаниями становятся депульпированные зубы, значительные разрушения коронковой части, трещины, тяжелый бруксизм и использование зуба в качестве опоры для мостовидного протеза.

— Когда здоровые ткани зуба уже утрачены или находятся под угрозой, эстетика становится лишь приятным дополнением к восстановлению функции и защите зуба, — подчеркивает Дмитрий Курмасов. — Но если все ткани сохранны и речь идет только о желании изменить форму или оттенок зубов, врач обязан честно объяснить пациенту: это уже косметическое вмешательство с долгосрочными последствиями.

Не испортятся ли другие зубы?

Один из самых распространенных страхов пациентов, задумывающихся о винирах или коронках, связан с необходимостью обточки зубов. Однако современная стоматология движется в противоположном направлении.

— Самый важный аспект при эстетическом протезировании — малоинвазивное вмешательство и безопасное препарирование здоровых тканей, — говорит Антон Диков. — Если пациента не устраивает положение зубов, но устраивают их форма и цвет, в нашей клинике всегда будем склоняться к ортодонтическому лечению. Сохранение собственных тканей зуба в таких случаях остается приоритетом.

Иван Нечаев признает: особенно непросто бывает работать с пациентами, которые хотят получить идеальную улыбку при выраженных нарушениях прикуса.

— Когда человек ориентируется на картинку из кино или социальных сетей, иногда для достижения такого результата требуется уже не просто стоматологическое лечение, а серьезная ортогнатическая хирургия с изменением положения челюстей, — пояснил он. — Но вопрос всегда в том, насколько это действительно необходимо. Нужно оценивать адаптационные возможности пациента и смотреть на ситуацию сквозь призму рациональности.

Иван Нечаев напоминает, что стоматология уже прошла этап чрезмерно агрессивных методик. Еще относительно недавно ради красивой улыбки зубы массово депульпировали, устанавливали культевые вкладки, покрывали коронками и буквально подгоняли пациента под нужный прикус.

— Позже мы увидели последствия таких подходов: нарушение функции, потерю зубов, необходимость сложного повторного лечения, — рассказал Иван Нечаев. — Поэтому, если есть возможность решить проблему менее травматичным способом, надо использовать именно его. Иногда человеку полезнее обратиться к ортодонту, косметологу или даже психологу, чем начинать необратимое стоматологическое вмешательство.

Роман Зеленский отмечает, что современные материалы позволяют сохранять значительно больше собственных тканей зуба, чем это было еще несколько десятилетий назад.

— Современные конструкции из керамики и диоксида циркония дают возможность улучшать эстетику без радикального вмешательства. Нет необходимости полностью «выпиливать» зубы, — рассказал Роман Зеленский. — Наоборот, наша задача — сохранить их живыми и чувствительными. Если положение зубов не позволяет выполнить работу щадящим способом, пациента лучше сначала направить к ортодонту. После выравнивания мы можем изготовить тонкие ортопедические конструкции, которые будут служить долго, а зубы сохранят чувствительность и функциональность.

Современные цифровые технологии позволяют добиться гораздо большей точности изготовления ортопедических конструкций, добавил Александр Большаков. Металлокерамика же во многом зависела от ручного труда зубного техника, а значит, и от человеческого фактора.

— Такие конструкции проходили множество этапов изготовления и были подвержены деформациям. Добиться идеальной точности и долговечности было значительно сложнее, — пояснил он. — Сегодня мы все чаще используем безметалловые конструкции, которые позволяют минимально обрабатывать зубы, максимально точно их адаптировать и сохранять жизнеспособность тканей. Это дает пациенту возможность пользоваться своими зубами долгие годы и при необходимости менять конструкцию, не теряя сам зуб.

По словам Владимира Марковца, долгие годы существовало ошибочное представление, что перед установкой коронки нерв обязательно нужно удалять.

— На самом деле все наоборот: если зуб уже депульпирован, его желательно защитить коронкой, — уточнил он. — Но в какой-то момент эта мысль исказилась, и удаление нерва стало восприниматься как обязательный этап протезирования. Сегодня мы стараемся сохранять зубы витальными. Нерв — это не лишняя деталь. Он обеспечивает температурную чувствительность, участвует в восприятии жевательной нагрузки и выполняет роль своеобразного датчика. Когда зуб остается живым, он продолжает полноценно работать как часть всей системы.

Многие решения прошлого были продиктованы не медицинской философией, а техническими ограничениями своего времени.

— Не существовало современных адгезивных технологий, — рассказывает Александр Большаков. — Конструкции удерживались в основном механически: коронка надевалась на зуб, а пространство заполнялось цементом. Со временем герметичность нарушалась, конструкции приходилось менять, зачастую вместе с самими зубами.

Хотя некоторые старые конструкции порой демонстрируют удивительную долговечность.

— Недавно мы снимали штампованный мостовидный протез, установленный в 1961 году — фактически одновременно с полетом Гагарина в космос, — рассказал Александр Большаков. — Конечно, конструкцию пришлось удалить, но сам факт впечатляет: она прослужила более шестидесяти лет.

Дмитрий Курмасов считает вопрос допустимого вмешательства одним из самых сложных в современной стоматологии, поскольку здесь пересекаются медицина, этика и ожидания пациента.

— Если речь идет об установке виниров на абсолютно здоровые зубы исключительно ради более светлого оттенка, такое вмешательство уже сложно назвать биологически оправданным, — уверен Дмитрий Курмасов. — Пациент должен понимать, что после обточки зуб никогда не станет прежним, а реставрации потребуют замены виниров на протяжении всей жизни. Золотое правило медицины остается неизменным: не лечить то, что не болит и не требует лечения. Когда здоровый зуб стачивают только ради цвета «Белоснежка», возникает риск ятрогенного повреждения, созданного самим лечением.

— В современной стоматологии, основанной на принципах доказательной медицины, основное правило — не удалять здоровые ткани, если их можно сохранить, — подчеркивает Анатолий Левин.

Прикус, сустав и «идеальная улыбка»

Если пациент приходит за красивой улыбкой, это вовсе не означает, что проблема ограничивается несколькими передними зубами, необходима тщательная диагностика всей зубочелюстной системы.

— Учитывать состояние и функции ВНЧС и прикус при планировании эстетических работ крайне важно, так как их неправильная оценка может привести к серьезным осложнениям в дальнейшем, — подчеркивает Анатолий Левин.

Антон Диков напомнил, что улыбка — лишь видимая часть сложной системы, в которой любое изменение отражается на работе суставов, мышц и челюстей. Особого внимания требуют пациенты с щелчками в суставах, головными болями, мышечными спазмами и различными нарушениями прикуса.

— Это связано не только с функцией челюстей и суставов, но и с общей эстетикой лица. Любые проблемы ВНЧС или прикуса способны существенно влиять на конечный результат лечения и на то, как человек воспринимает собственную внешность, — отмечает Антон Диков.

Современная стоматология позволяет значительно точнее прогнозировать результат лечения, чем это было еще несколько лет назад.

Объем диагностики всегда зависит от масштаба лечения. Если речь идет о восстановлении одного поврежденного зуба после травмы, углубленное исследование всей системы может быть избыточным. Но когда планируется эстетическая реабилитация фронтальной группы зубов, ситуация меняется кардинально.

— Передние зубы — это не просто эстетика. Клыки и резцы играют важнейшую роль в работе всей зубочелюстной системы. Поэтому перед серьезными эстетическими работами мы проводим функциональную диагностику, выполняем аксиографию, изготавливаем диагностические макеты будущей улыбки, проверяем прикус в динамике и статике. Только после этого можно уверенно переходить к постоянному протезированию, — объясняет специалист.

По мнению Дмитрия Курмасова, многие осложнения после установки виниров и коронок возникают именно потому, что эстетика начинает доминировать над функцией. Ведь изменение длины зуба даже на доли миллиметра способно повлиять на траекторию движения нижней челюсти.

— Любое изменение формы меняет биомеханику всей системы. Если новая форма зубов не согласована с движениями сустава, возникает преждевременный контакт, который мышцы пытаются компенсировать, — объясняет Дмитрий Курмасов. — Итогом становятся мышечные спазмы, головные боли, дисфункция ВНЧС и преждевременное разрушение реставраций.

Особенно опасны ситуации, когда пациент стремится получить длинные и эффектные передние зубы без учета существующего прикуса.

Роман Зеленский отметил, что одной из главных сложностей остается отличие ожиданий пациентов от реальной клинической картины.

— Пациент думает, что у него одна проблема, а после обследования мы видим целый список задач, которые требуют решения, — говорит Роман Зеленский. — Иногда приходится подключать ортодонтов, остеопатов и других специалистов. В таком случае план лечения увеличивается, и для пациентов это может стать неожиданностью. Но наша задача на старте — дать пациенту исчерпывающую информацию о его состоянии и рекомендуемых вмешательствах, чтобы он видел картину в полной мере.

Далеко не все готовы идти по такому пути. Иногда пациенту нужен быстрый результат к важному событию — свадьбе, юбилею или публичному выступлению. В таких случаях врачи могут предложить компромиссные решения, но обязательно предупреждают о возможных ограничениях и сокращении срока службы конструкций.

Александр Большаков говорит, что врачам нередко приходится не соглашаться с запросом пациента, а объяснять, почему желаемое лечение сейчас невозможно.

— Человек приходит и говорит: «Сделайте мне четыре передних зуба, завтра юбилей», — рассказывает он. — Но зачастую за этой просьбой скрываются серьезные нарушения, которые нельзя решить локально. Иногда приходится откладывать лечение или даже отказывать пациенту, потому что сначала требуется полноценное обследование и подготовка. Наша задача — не исполнить сиюминутное желание, а вернуть человеку здоровье. А вместе со здоровьем обычно возвращается и эстетика.

Отдельно эксперт отметил, что современная стоматология — это не лечение одного зуба, а комплексный подход к состоянию полости рта в целом.

— Очень часто пациент говорит: «Мне нужны только четыре передних зуба». Начинаешь объяснять, что стерлись не только они, но и весь прикус в целом. Показываешь, что после восстановления передних зубов рот просто перестанет нормально закрываться, — продолжил Николай Петров. — Иногда приходится буквально демонстрировать проблему на временной реставрации, чтобы человек увидел ее собственными глазами. Но часть пациентов все равно продолжает искать не врача, а исполнителя своего желания.

Именно здесь проходит важная профессиональная граница: если врач понимает, что выполнение пожелания пациента приведет к ухудшению его здоровья, он не должен браться за такую работу. Но если запрос не вредит функции и здоровью, тогда можно искать компромисс, считает эксперт.

Александр Большаков сравнил работу стоматолога с созданием современного автомобиля.

— Когда человек садится в автомобиль, он оценивает комфорт и качество езды, а не думает о сотнях инженеров, которые проектировали систему безопасности, — пояснил он. — Так же и в стоматологии. Пациенту важны результат, прогноз и стоимость лечения. А наша задача — сделать так, чтобы за этим результатом стояли грамотное планирование и качественная работа.

У одного пациента есть возможность сразу пройти комплексное лечение, другому важно двигаться поэтапно.

— Задача врача — предложить обоснованный с медицинской точки зрения вариант, но сделать его реалистичным для конкретного человека, — уточнил он. — Лечение должно быть не только правильным с точки зрения стоматологии, но и понятным, выполнимым для пациента.

Со временем многие начинают понимать ценность комплексного подхода, особенно те, кому уже приходилось несколько раз переделывать неудачные работы, добавил Роман Зеленский. Нередко именно такой опыт делает человека самым благодарным пациентом.

— Пациент должен понимать не только результат «до и после», но и биологическую стоимость лечения, — добавил Дмитрий Курмасов. — Когда человек знает, сколько тканей будет утрачено, какие существуют риски и каков долгосрочный прогноз, решения становятся намного более осознанными. И очень часто люди выбирают более бережный путь.

С этим согласен и Антон Диков. По его словам, задача врача — не продать пациенту сложное лечение, а помочь найти оптимальное решение. И иногда им оказывается вовсе не стоматологическое вмешательство.

— Мы никогда не ставим выгоду выше здоровья пациента, — подчеркнул он. — Иногда достаточно просто объяснить человеку, что чрезмерно белые зубы не делают улыбку красивее, а, наоборот, создают искусственный эффект. И после такого разговора необходимость в лечении может просто исчезнуть.

Современные технологии: цифровая стоматология вместо гипсовых слепков

За последние годы стоматология пережила настоящую цифровую революцию. Однако, как подчеркивают специалисты, технологии не заменяют врача, а лишь помогают ему принимать более точные решения.

— Для меня как для ортопеда самый важный прорыв — появление сканера и кондилографа либо аксиографа, — говорит Владимир Марковец. — Это позволило отказаться от ряда аналоговых инструментов. Ушла история с гипсом, слепками, длительной логистикой между клиникой и лабораторией. Теперь файл можно отправить технику за минуту, а через несколько часов получить готовую модель или даже конструкцию.

Цифровые технологии сделали работу быстрее, чище и комфортнее как для врачей, так и для пациентов.

— Для пациентов с выраженным рвотным рефлексом сканер — вообще спасение, — добавил Владимир Марковец. — Раньше снять качественный слепок было непросто, сейчас все делается гораздо легче.

По словам Ивана Нечаева, цифровые инструменты позволяют буквально показать пациенту его будущую улыбку еще до начала лечения.

— Пациенты очень довольны, когда могут прямо в кабинете увидеть результат на фотографии или на 3D-модели своего лица, — отметил он. — Сканеры лица, внутриротовые сканеры, аксиография — все это позволяет заранее представить, как будет выглядеть результат.

Особую роль играет развитие 3D-печати.

— Когда пациент может получить суставную каппу буквально за час-полтора после обследования — это, конечно, прорыв. Раньше на такие вещи уходили дни или недели. Сейчас можно быстро изготовить конструкцию, проверить ее, внести изменения и сразу получить новый вариант, — комментирует Иван Нечаев.

Цифровизация изменила не только скорость работы, но и сам подход к профессии.

— Раньше хорошим доктором был прежде всего человек с выдающимися мануальными навыками, — говорит Николай Петров. — Снять качественный слепок всей челюсти было настоящим искусством. Сейчас сделать объективно хороший скан может даже студент или ассистент. Искусственный интеллект подсказывает, где есть ошибки, помогает анализировать прикус, показывает артефакты. Мы стоим на пороге новой эпохи.

Кроме того, технологии помогают обеспечить более стабильный результат, тогда как раньше было гораздо проще получить осложнения.

— Доктор снял неидеальный слепок, техник допустил погрешность, появилась завышенная коронка — и пациент получил проблемы. Сейчас многие такие риски программа отслеживает еще на этапе планирования, — отмечает Николай Петров.

Впрочем, никакая техника не отменяет необходимость хорошей подготовки врача.

— Есть такое выражение: мастерство не пропьешь, — улыбается Александр Большаков. — Тот, кто умеет работать по старым технологиям, лучше понимает возможности новых инструментов. Освоить сканер проще тому, кто понимает, как вообще устроена ортопедическая работа.

— Тебя не будут учить в университете сразу только работать сканером. Все равно придется пройти через материаловедение, слепочные материалы, ручные навыки. Это как с велосипедом: научился один раз — и навык остается, — согласился Владимир Марковец.

Что касается искусственного интеллекта, то в отрасли его уже применяют достаточно активно.

— Мы делаем каждому пациенту КТ и используем систему искусственного интеллекта для первичной оценки снимков, — рассказал Александр Большаков. — Пациент видит проблемные зубы, разные проекции, визуализацию своих сложностей. Это помогает лучше понять ситуацию и делает общение с врачом более прозрачным.

Однако окончательные выводы всегда остаются за врачом: нельзя делать их на основании искусственного интеллекта, интерпретировать результаты должен специалист.

По словам Антона Дикова, сегодня цифровые методы используются практически на каждом этапе лечения.

— Интраоральное сканирование позволяет создать цифровую копию зубов быстро и без дискомфорта, — перечисляет он. — КЛКТ дает возможность детально оценить анатомию пациента. CAD/CAM-системы позволяют проектировать и изготавливать виниры, коронки и другие конструкции с высокой точностью. А цифровое моделирование помогает пациенту увидеть результат еще до начала лечения.

— На сегодняшний день современная стоматология располагает всеми возможностями для качественного планирования лечения, — подтверждает Анатолий Левин. — Фотопротокол, сканирование, рентгенологические исследования и цифровое моделирование позволяют сделать лечение более безопасным и предсказуемым.

Как отмечает Роман Зеленский, новые технологии помогают не только врачу, но и самому пациенту принимать более осознанные решения.

По мнению экспертов, именно в этом и заключается главная ценность цифровой стоматологии: ошибки и спорные решения можно выявить еще на этапе планирования.

Будущее эстетической стоматологии: меньше вмешательства, больше функции

Если еще десять лет назад эстетическая стоматология во многом ассоциировалась с белоснежными «голливудскими» улыбками, то сегодня специалисты говорят о смене парадигмы. В центре внимания оказываются не столько цвет и форма зубов, сколько их здоровье, функциональность и долговечность. При этом современные технологии позволяют достигать эстетического результата все более щадящими способами.

— Всё становится только лучше: меньше травматизма, меньше обширных манипуляций, — делится Иван Нечаев. — Результата можно достичь с помощью менее инвазивных конструкций и вмешательств. Сейчас у пациентов и врачей огромные возможности выбора. Раньше мы могли удалить зуб и сделать «бабочку», а сегодня можем спасти зуб, поставить имплантат, выполнить пересадку — вариантов стало гораздо больше.

Цифровые технологии продолжают стремительно менять работу стоматологов. По словам Ивана Нечаева, новые программы и инструменты появляются настолько быстро, что специалисты едва успевают их осваивать.

Однако главным трендом эксперты называют не цифровизацию как таковую, а постепенное смещение фокуса с внешнего эффекта на функциональность. Как отмечает Владимир Марковец, пациенты все чаще понимают связь между красотой и здоровьем зубов.

— Красивые зубы — это здоровые зубы. Здоровые зубы — это функционально восстановленные зубы, — резюмирует он и отмечает, что пациентов с запросом именно на функциональную эстетику стало гораздо больше, чем пять-шесть лет назад.

По словам Александра Большакова, пациенты все чаще готовы пожертвовать частью эстетических пожеланий ради надежности и комфорта.

— Люди заплатили деньги и хотят получить работу, которая не будет вредить суставу, которой будет удобно пользоваться как своими зубами, — пояснил он.

При этом полностью от эстетики никто не отказывается — скорее, меняется само представление о красивой улыбке.

— Мне кажется, будет все больше стремления к естественной улыбке, — считает Роман Зеленский. — Это бонус от функционала: люди по-прежнему хотят быть красивее, но сейчас значительно снизилась мода на чрезмерно белые зубы, и пациенты стремятся к более натуральным результатам.

— Функция диктует эстетику, — подчеркнул Николай Петров. — Каждому человеку мы можем определить его индивидуальную норму и воспроизвести ее в керамике. А цвет — белый, желтый или любой другой — уже выбирает пациент.

Эксперты сходятся во мнении, что будущее стоматологии связано не только с новыми материалами и цифровыми технологиями, но и с более бережным отношением к собственным тканям зуба. Как отмечает Анатолий Левин, современный подход развивается в сторону максимального сохранения здоровых тканей и минимального вмешательства, а ключом к успеху становится комплексная работа специалистов разных профилей.

Среди технологий, которые уже сегодня формируют будущее отрасли, Анатолий Левин назвал цифровой дизайн улыбки (DSD), позволяющий увидеть результат лечения еще до его начала; ультратонкие виниры, требующие минимальной обработки зубов; биомиметические реставрации, максимально повторяющие структуру натуральных тканей; элайнеры для щадящего исправления положения зубов и современные керамические конструкции, которые позволяют сохранить больше собственных тканей зуба.

По словам Антона Дикова, меняются и эстетические запросы пациентов.

— Сегодня наблюдается тенденция к натуральности, отход от чрезмерно «голливудских» улыбок в пользу естественных форм и оттенков зубов. Современные материалы позволяют создавать ортопедические конструкции, максимально приближенные к натуральным тканям зуба, — резюмировал доктор.