В 2012 году ученые провели масштабное исследование, которое породило термин «Эффект Джона и Дженнифер». Профессорам ведущих американских вузов разослали абсолютно одинаковые резюме кандидатов на позицию заведующего лабораторией. Но на половине резюме стояло мужское имя Джон, а на второй половине — женское Дженнифер.
В итоге вымышленного Джона с тем же набором данных посчитали куда более компетентным и перспективным. Причем его чаще выбирали как профессора-мужчины, так и женщины. Более того, стартовая зарплата, которую выставили работодатели, у Джона была выше.
Прошло почти 15 лет, и ситуация особо не изменилась. За одну и ту же работу мужчины-врачи по-прежнему получают более высокую зарплату, чем женщины. Это подтверждает новый отчет ВОЗ, охватывающий 43 страны.
По данным экспертов, почти 77% работников здравоохранения и социальной помощи в Европе составляют женщины. При этом они получают на 19% меньше в час, чем мужчины, и на 28% меньше в месяц.
«Этот разрыв накапливается на протяжении всей трудовой деятельности и в будущем означает более низкие пенсии, меньшую финансовую защищенность в пожилом возрасте и более высокий риск бедности для женщин, которые всю свою трудовую жизнь посвятили заботе о других. Это не совпадение и не связано с квалификацией. Женщинам платят меньше за ту же работу, и их обходят стороной при распределении более высокооплачиваемых должностей», — доктор Наташа Аззопарди-Мускат, директор Отдела систем здравоохранения ВОЗ/Европы.
Чем выше должность, тем больше разрыв в оплате труда. На руководящих должностях разница достигает почти 23% в час. Хотя на бумаге, учитывая квалификацию и опыт самих женщин, можно было бы предположить, что они должны получать даже немного больше мужчин. Но на практике они получают меньше.
Что примечательно, согласно исследованию, чем больше в той или иной сфере задействовано женщин, тем ниже там оплата труда, независимо от требуемых навыков и обязанностей.
Проблема эта не только сугубо женская. Дело в том, что около 10% трудящихся в Европе работают в сфере здравоохранения и соцобеспечения. А, к примеру, в России примерно каждая седьмая женщина связана с этой сферой. В то же время неравная оплата труда влияет на набор и удержание сотрудников.
«Мы знаем, как сократить разрыв в оплате труда: прозрачность, правоприменение и устранение барьеров, которые не позволяют женщинам занимать руководящие должности», — резюмировала представитель ВОЗ.
Другое мнение: женщины сами создают неравенство
«Женщины в массе своей почему-то не хотят признавать, что нередко они сами с большим удовольствием заплатят больше за равные услуги или товары мужчине, чем женщине. А если речь идет о равной цене или равном удовольствии, то тогда чаще купят у мужчины, чем у женщины», — рассуждает на своем кандидат медицинских наук, врач Ирина Баранова.
Парикмахеры, косметологи, лекторы, психологи мужского пола более востребованы среди женщин.
«Мы сами создаем и усиливаем неравенство, — говорит Ирина Баранова. — Если женщина внутри себя не до конца признает свой интеллект, свою собственную значимость и экспертность, если у нее есть глубинная установка, что мужчина знает лучше, мужчина серьезнее, мужчина дороже, а значит, ценнее, она будет голосовать рублем и своим вниманием именно за это».
Еще одна причина популярности специалистов-мужчин кроется в женской психологии.
«Услуги в мужском исполнении чаще выбирают женщины, которым не хватает мужской энергетики в жизни или они недополучили, недобрали ее в детстве. Когда нужна поддержка, признание, мужское внимание, фигура мужчины-эксперта также начинает восприниматься как более надежная, сильная, дающая опору», — подчеркивает врач.
При этом эксперт признает, что мужчины и женщины действительно разные. Женщины более консервативны, мужчины склонны к экспериментам.
«Поэтому среди мужчин больше гениев, но и маньяков с негодяями больше. Зато наличие женщин на ключевых постах бизнеса повышает шансы на выживание компании в трудные времена, потому что они способны предотвратить принятие слишком рискованных и опасных, неоправданных решений, — отмечает Ирина Баранова — Я сама с удовольствием слушаю некоторые мужские научпоп- и бизнес-подкасты. В целом научно-образовательные проекты, которые создают мужчины, лично для меня больше научные, чем применимые на практике. Практические же навыки передаются в женских кругах — так сложилось эволюционно».
