Не играет в конструктор, не лепит колобка: как заподозрить у своего ребенка дислексию

Дислексия — одна из наиболее распространенных специфических трудностей обучения, при которой у ребенка сохранен нормальный или высокий интеллект, но возникают стойкие проблемы с чтением, письмом и орфографией.

По оценкам экспертов, только в России с этим нарушением сталкиваются миллионы детей, но многие из них остаются без своевременной диагностики и поддержки.

О том, что известно сегодня науке о дислексии и как можно практически помочь детям и родителям, столкнувшимся с этой проблемой, рассказывает эксперт Ассоциации родителей детей с дислексией и участник VII Всероссийской недели осведомленности о дислексии, доктор психологических наук, доцент факультета психологии МГУ Марина Степанова.

— Сколько сейчас в России по приблизительной оценке детей с дислексией? Увеличивается ли их количество за последние десятилетия? Можно ли говорить о том, что количество увеличивается не благодаря улучшению диагностики, а из-за других факторов?

— Далеко не все проблемы детей во время учебы становятся предметом пристального педагогического и психологического внимания. Но диагностика в последние десятилетия, безусловно, стала более качественной и точной, а потому все больше детей уже в начальной школе оказываются под контролем специалистов.

Причины этого разные, но общий корень один — изменение процесса социализации в дошкольном возрасте, уменьшение доли детских видов деятельности на фоне роста занятий, не способствующих полноценному психическому развитию.

— С какого возраста можно определить дислексию? Раннее развитие и раннее обучение чтению в этом играет положительную или отрицательную функцию? На что обратить внимание родителям, как предположить дислексию у ребенка?

— Само слово «дислексия» как бы заключает в себе обращение к тому возрасту, когда дети начинают овладевать чтением.

Поэтому формально мы говорим о дислексии в школьном возрасте, однако и испытывающий очевидные трудности при подступах к чтению дошкольник не должен остаться без нашего внимания.

Раннее обучение чтению само по себе не оказывает негативного влияния на последующее развитие. В данном случае, скорее, надо говорить о несвоевременном начале обучения, не учитывающем возможности конкретного ребенка. Наличие проблем в речевом развитии дошкольника должно насторожить взрослых и остановить их попытки форсировать овладение и чтением, и письмом.

Родителям следует обращать внимание на любые трудности и выраженное неблагополучие, что может проявляться в отставании крупной и мелкой моторики, в задержке не только речевого, но и познавательного развития в целом, в слабости произвольной сферы, отсутствии у ребенка интереса к важным для дошкольника занятиям: игре, конструированию, рисованию, лепке, аппликации и прочему.

— Есть ли у дислексии степени тяжести? В каком случае удается скорректировать ее до школы? Можно ли говорить о том, что есть определенный возраст коррекции, когда она наиболее успешна?

— Дислексия имеет различные формы проявления, описаны различные ее виды. И что касается степени, то надо учитывать все показатели возрастного развития ребенка.

Коррекцию речи желательно начинать уже в дошкольном возрасте, но если на проблему обратили внимание позже, то это не повод оставить ребенка без помощи. Это верно по отношению и к другим нарушениям развития.

— К какому специалисту обращаться, если есть подозрения на дислексию?

— Лучше всего обратиться к нейропсихологу и логопеду, которые проведут качественную диагностику с точки зрения анализа состояния всех форм поведения и обнаружат «слабые звенья», которые и станут предметом дальнейшей коррекционной работы.

— Предусмотрены ли в школе какие-то поблажки в образовательном процессе для детей с дислексией? Могут ли классы и группы детских садов для детей с ТНР скорректировать дислексию без дополнительных специалистов? Дислексия — это всегда класс коррекции или же ребенок может учиться в общеобразовательном классе?

— В школе дети с речевыми проблемами, безусловно, могут получать помощь как специалистов — психологов, дефектологов и логопедов, так и педагогов. Это проявляется в первую очередь в ином темпе усвоения программы и иной форме подачи учебного материала.

При наличии в детском саду и школе специалистов ребенок может оставаться в этом учреждении, но желательно выбрать уменьшенный класс или группу, для того чтобы у ребенка была возможность работать в своем удобном темпе.

В коррекционных группах (классах) дети получают прицельную коррекцию, что не только не тормозит развитие ребенка, но и способствует лучшему усвоению образовательной программы в доступной ему форме.

Интеллектуальные способности ребенка как способности к выполнению конкретных видов деятельности напрямую зависят от обучения, вот почему так необходимо именно коррекционное обучение.

— Какой процент детей во взрослом возрасте остается с дислексией после коррекции? Можно ли дислексию «перерасти»?

Это трудно сказать, поскольку взрослые люди учатся обходить те препятствия, которые связаны с дислексией.

Это уже вопрос выбора будущей профессии, которая совместима с особенностями человека. Если взрослому человеку трудно читать и писать большие тексты, ему лучше не стремиться справиться с этой задачей в любом случае: цена может оказаться слишком высокой, когда к дислексическим трудностям добавятся еще и сильные переживания по поводу их наличия, включая комплекс неполноценности. Лучше остановить свой выбор на профессии, предполагающей иные формы работы.

— Какую роль в развитии дислексии играет наследственный фактор? Бывает ли приобретенная дислексия или в таком случае идет речь о педагогической запущенности?

— На эти вопросы пока рано давать ответ: вклад наследственности, по мнению некоторых ученых, имеет место, но этот факт нуждается в дополнительных доказательствах.

Педагогическая запущенность может приобретать различные формы, в том числе проявляться в трудностях овладении речью — это тот дополнительный фактор, который отягощает проявление дислексии, но все-таки ее не вызывает.

— Достаточно ли в России специалистов, которые умеют работать с дислексией? Где их искать?

— Скорее нет, чем да. Но хочется надеяться, что ситуация постепенно изменится к лучшему, поскольку о детях и взрослых с дислексией и дисграфией стали говорить не только в узком кругу специалистов, но и в широкой педагогической среде. И что, пожалуй, самое продуктивное — в родительской среде.

Примером служит Ассоциация родителей детей с дислексией. Причем дело не только в том, что родители поверили в возможность реальной помощи: они теперь готовы говорить о своих проблемах, а не скрывать их и делиться как позитивным, так и негативным опытом организации помощи своим детям. Мы все учимся на своих ошибках.

Миф или правда?

• У ребенка с плохим почерком точно есть дислексия?

• Ребенок с дислексией не может назвать звук, с которого начинается слово?

• Если у одного ребенка в семье есть дислексия, другой тоже столкнется с ней?

«В психологии немало мифов, которые нередко самими психологами и создаются, но как в мифах, так и в шутках содержится доля истины.

Что касается почерка, то очень советовала бы попросить специалистов определить, какая рука является ведущей у ребенка, поскольку нередки случаи, когда мы имеем дело с переученным левшой со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Трудности звукового анализа действительно типичны для детей с речевыми проблемами.

Случаи, когда в семье растут два ребенка с дислексией, не единичны, но из этого не следует, что такое обязательно. Другое дело, что родители, столкнувшиеся с диспепсическими трудностями у одного ребенка, зачастую начинают искать похожие проблемы и у младшего ребенка и, к сожалению, готовы найти то, чего нет.

Необходимо понимать, что схожие проблемы могут вызываться различными причинами. Единственная рекомендация в таком случае — посоветоваться со специалистами, которым родители доверяют, и, может быть, получить несколько рекомендаций.

А начать можно с того, чтобы задать онлайн-вопросы на сайте Ассоциации родителей детей с дислексией».