«Самое плохое, что может произойти в онкологии — это дефицит лекарств»
Фото
pexels.com

Медики и ученые никогда не делили людей на национальности и принадлежность к той или иной стране, чтобы оказывать или не оказывать помощь. Вероятно, что-то в этом существовавшем веками постулате меняется. И вот уже международная сеть онкологов OncoAlert отказалась сотрудничать с российскими врачами. Правда, этот отказ пока ничем серьезным для пациентов и онкологов не грозит, OncoAlert — это, скорее, научная социальная сеть. Но это и первый вестник возможных ограничений.

Давид Заридзе
Давид Заридзе
Медицина

Президент Противоракового общества России, заведующий отделом клинической эпидемиологии «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина», доктор медицинских наук, профессор, член-корреспондент РАН.

- Пока мы не слышали и не видели каких-то явных движений, что фарма уходит с российского рынка, — осторожен в своих наблюдениях Президент Противоракового общества России, заведующий отделом клинической эпидемиологии «НМИЦ онкологии им. Н.Н.Блохина», доктор медицинских наук, профессор, член-корреспондент РАН. — Во всяком случае, очень надеюсь, что фармкомпании уйдут последними или вообще не уйдут.

Давид Георгиевич подчеркивает, что нет американских, французских фармкомпаний, по сути, все они транснациональные. Но это, в любом случае, не сильно влияет на возможные ограничения.

- Ничего хорошего в ограничениях не будет, наши больные пострадают и никуда от этого не денешься, возможно, мы откатимся назад, так как в России мало аналогов препаратов, которые за последние годы, в общем-то, сделали значительный прорыв в лечении рака, — говорит Давид Заридзе. — Но я надеюсь на благоразумие международной общественности и фармацевтических компаний.

Конечно, возможные ограничения — это не только сложности с поставками необходимых препаратов для лечения больных раком. Но и новые технологий в онкологии, и всевозможные научные конференции.

- Есть вероятность, что мы можем быть изолированы от онкологической общественности, — объяснил профессор Заридзе. — Это тоже негативный вариант развития событий. Пока я получаю аккуратные письма от коллег из разных стран и от крупных международных мировых научных издательств, они обещают минимизировать отрицательный эффект ограничений, которые вынуждены принимать в вопросах сотрудничества с Россией и российскими авторами.

Но не только проявления доброй воли приходят от коллег- онкологов. Кто-то уже не отвечает на деловые письма.  К сожалению, изоляция будет, хотят этого ученые или не хотят — они обязаны подчиняться той системе, в которой работают.

- Надо понимать, что наука не бывает национальной — она интернациональна, все, что в ней происходит, является и должно являться достоянием международным, — подчеркнул Давид Заридзе. — Интернациональности науки способствуют международные научные журналы, которые будут доступны всем желающим. Это трудно изменить. Я могу читать то, что публикуется — это положительная сторона дела, но будет меньше возможности для личных контактов, обсуждения. Хотя надо заметить, что в связи с COVID-19  все конференции и так проходили онлайн. Во всяком случае, пока меня приглашают в них участвовать.

Онлайн конференции и научные журналы, действительно, останутся «окном» в мир высоких медицинских технологий.

Российская онкологическая наука находится на достаточно высоком уровне, но это ничего не значит. Так как необходима общая копилка знаний, от которой подпитываются ученые всего мира. Конечно, в некоторой степени от изоляции пострадает и мировое научное сообщество. 

— Но мы пострадаем больше, — говорит Давид Заридзе. — Так как большинство современных противоопухолевых лекарств — не нами созданы, это разработки международных фармкомпаний, которые, в отличие от ученых, своими разработками с нами не делятся. Сможем ли мы восполнить возможный дефицит лекарств — у меня на этот счет ответа нет. Это нелегкий процесс.

Все процессы, происходящие сейчас в мировом сообществе, навредят больше всего, к сожалению, больным.

- Они могут столкнуться с отсутствием некоторых современных, уже привычных, бесплатных и жизненнонеобходимых противоопухолевых препаратов, — констатирует профессор Заридзе