Ваш браузер устарел, поэтому сайт может отображаться некорректно. Обновите ваш браузер для повышения уровня безопасности, скорости и комфорта использования этого сайта.
Обновить браузер

«Болела рука и был небольшой кашель»: жена Романа Костомарова впервые рассказала о болезни фигуриста

Оксана Домнина призналась: то, что Роман сейчас жив, — это настоящее чудо. О всех рисках врачи и родные знали заранее.

16 февраля 2023Обсудить
Роман Костомаров новости
Источник:
соцсети

Вот уже больше месяца врачи Коммунарки борются за жизнь олимпийского чемпиона, фигуриста Романа Костомарова. Спортсмен попал в больницу с пневмонией сразу после новогодних каникул. Семья Романа хранила молчание, поэтому всем, кто переживает за здоровье Костомарова, приходилось довольствоваться новостями от «источников»: Роман на ИВЛ, на ЭКМО, начался некроз, ампутированы стопы ног, пальцы на руках

Чтобы развеять все слухи и домыслы, жена Костомарова Оксана Домнина и главврач Коммунарки Денис Проценко впервые рассказали, как на самом деле заболел фигурист и что сейчас с ним происходит. Собрали самые важные моменты их интервью.

Как началась пневмония

По словам Домниной, Роман не чувствовал себя откровенно плохо. Немного покашливал в начале января, но кто обращает внимание на небольшой кашель?

«Мы, спортсмены, всегда работаем, даже если у нас поднялась температура, — пока есть силы, — говорит Оксана. — Могу сказать про себя: 30 декабря я лежала с температурой 39, а через день уже выступала, для фигуристов это рядовая ситуация».

«Смазать» начало болезни могли противовоспалительные и болеутоляющие препараты, которые Роман принимал, потому что в тот момент болела рука. Резко хуже стало на пятый день болезни: Романа привезли в стационар с высокой температурой и его состояние стремительно ухудшалось.

Как развивалась болезнь

Главврач Коммунарки, куда срочно перевели Романа, рассказывает: уже через 5 часов после госпитализации было понятно, что с таким тотальным поражением легких справится только ИВЛ. Еще через час стало ясно, что без ЭКМО не обойтись. Про некроз тоже понимали сразу.

«Бактерия, которая была выявлена при поступлении, уже тогда давала нам сигналы, что течение болезни будет очень тяжелым, что оно будет протекать с некрозами и некротическим поражением подкожной клетчатки и мышц, — объясняет Денис Проценко. — Поражение легочной ткани было тотальным — даже ИВЛ не позволяла нам поддерживать уровень кислорода на достаточном уровне».

Шансы на то, что Роман вообще выживет, были минимальными. Все показатели зашкаливали — это были цифры, с которыми не живут. Семья Костомарова все знала и понимала с самого начала, врачи — а был собран консилиум лучших медиков — не скрывали, что состояние критическое.

«Мы понимали, что методики, которыми мы спасаем жизнь, имеют те или иные возможные осложнения, которые в перспективе могут потребовать хирургической коррекции, — рассказал Проценко. — Но это был единственный шанс постараться спасти жизнь Роману. И все решения принимались совместно с ним и его семьей».

Как сейчас себя чувствует Костомаров

Прогнозы делать очень сложно, но врачи осторожно говорят: есть улучшения. Последние дни Роман дышит сам, и медики надеются, что динамика сохранится, хотя осознают, что ситуация может измениться в любой момент.

«Начинает восстанавливаться работа функции почек, хотя была тяжелая полиорганная недостаточность с полной анурией — отсутствием мочевыводящей функции почек, — говорит Проценко. — Были проблемы с легкими, с работой сердца. При такой тяжелой инфекции фактически нет органов, которые бы не были вовлечены в этот процесс».