Фото №1 - Как мы побывали в больнице Святой Ольги. За детей остается только молиться
Фото
фото с ukurier.gov.ua

Маленького ребенка (1,9 лет), по вердикту специалистов неотложной помощи, нужно было госпитализировать в больницу с дыхательной недостаточностью (говорят, этой зимой по городу ходит какой-то вирус, переходящий на бронхи и легкие). Дело было в субботу поздно вечером, почти ночью. Выбора особого нет: дома ни лекарств на такой случай ни ингалятора медицинского - компрессорного не держали. Как потом выяснили, зря: госпитализации можно было избежать.

В ожидании спасения

То, что начиналось как «спасение задыхающегося почти младенца» в 23 часа, перестало таковым выглядеть, как только мы подъехали к больнице. Около часу ночи выяснилось, что учреждение настолько перегружено больными, что в приемном покое очередь. Зачем в таком случае нас повезли туда, где в принципе, не ждали, непонятно. Но после тряски в холодной машине "Скорой помощи" еще часа полтора пришлось посидеть в ней, время от времени прогуливаясь по улице в ожидании приема. Приняли и стали осматривать ребенка ближе к двум. Еще через полчаса нас повели на рентген: надо было выяснить, есть воспаление легких или нет. По сути правильное решение по форме напоминает сценку из фильма ужасов. Рентген-кабинет похож на комнату пыток. В огромном помещении, где на полу постелена фанера (видимо, помещение в процессе ремонта и это подложка под напольное покрытие), посередине стоит аппарат, а в углу - стол врача с настольной лампой, единственным источником света.

Около низенькой скамеечки стоял ящик, из которого выглядывали ноги и другие части «тел» игрушек, к которым почему-то не хотелось прикасаться. На рентгеновском столе разместилось маленькое деревянное креслице с проемами по бокам для маленьких ручек. Раздетого в холодном помещении ребенка надо было удерживать в таком креслице, стоя за его спиной в резиновом фартуке и держа его ручки плотно прижатыми к голове. В это время должен был сработать аппарат, на котором примостился беленький пушистый зайчик, призванный развеселить к этому моменту уже истерикующего сонного, уставшего, больного ребенка. И вроде бы все должно было закончиться через минутку, но аппарат не сработал. Вторая попытка - снова не сработал. Третья попытка - опять впустую. Пришлось устанавливать другой аппарат. Через 20 минут снимок был готов.

Евроремонт с интерьером

По длинным замысловатым коридорам, некоторые из которых ближе к кабинету главврача (о чем говорила новенькая табличка и свежий ремонт) мы шли в сторону своей палаты. Одни коридоры были ярко разрисованы, что наверное, нравится детям, другие – просто в неплохом состоянии, где-то пока еще было обшарпано, но уже лежали стройматериалы. Оставалась надежда, что в нашем боксе тоже будет неплохо. Ожидания не обманули: стеклопакет был с защитой от распахивания, с потолка штукатурка не сыпалась, стенки были ровненькие, в боксе оказалась раковина. На этом, собственно говоря, все. В боксе 3 на 3 метра стояли три и тумбочки кровати, один взгляд на которые вернул меня в далекое детство. С тех пор в этой больнице не менялись узенькие кроватки с натяжными сеткам и пружинами с накинутыми на них тряпичными ватными матрасами с ярко выраженными подтеками.

О матрасах стоит сказать отдельно. Это – «хит 70-х». Да, да, те самые полосатые, бежевые с тряпочками-пуговками, которые были у нас в детских садах и в пионерских лагерях в светлое советское время. Здесь мало того, что сам по себе сохранился такой раритет, в нем хранят все то, что досталось ему за долгие годы от больных. Самое страшное, что после каждого пациента они не дезинфицируются, не подвергаются химчистке или какой либо иной обработке. И если об этом знать заранее, на него, неизвестно какую инфекцию хранящего, ложиться не следует. Но выбора не было. Байковое одеяло, деревянная подушка и постельное белье с дырками - это все, что в три часа ночи можно было предложить маме с ребенком. Спать пришлось «валетом». 

Еды на всех не хватит

Поутру воскресенья нам объяснили еще несколько вещей. А именно: платных
отдельных палат нет, и нам повезло, что нас положили не в коридоре. Уборщиц тоже нет, потому полы в палате лучше мыть самостоятельно (показали, где ведро и швабры), туалетной бумаги, мыла (даже простого хозяйственного) нет, аптеки в больнице тоже нет. Еда полагается только ребенку (если он старше года), а для родителей есть кафе. Но работает оно только в будни и до 15.00 там очередь, а после 15.00 кроме шоколадок уже ничего нет. Да это и неважно, так как с ребенком туда ходить нельзя - будет разноситься инфекция, а без ребенка тоже нельзя, так как «никто не нанимался за ним смотреть».

Что касается еды для детей, то ее очень мало, а на просьбу, долить пол поварешки бульончика, я получила в ответ: «У меня тут 60 больных, на всех не хватит». На ужин были котлетки. Ребенок потянулся к ним, как только увидел. Ему дали одну. Проглотив ее в две секунды с «мамиными пальцами», маленький мальчик сполз с кроватки, чуть не выбил дверь палаты и понесся по коридору за «еще». Надо было видеть расширенные от ужаса глаза женщины, охранявшей «все для 60 пациентов». Казалось, что она сейчас с поварешкой встанет на охрану вверенной ей пищи. И надо было видеть слезы ребенка, которому первый раз в жизни не дали котлетку «потому что у них там 60 больных и на всех не хватит».

Побег из реанимации

Ближе к вечеру воскресенья стало понятно: надо линять. С двойным усердием мы стали выполнять все необходимые процедуры, стараясь обогнать болезнь. И хотя нам предрекали встречать в стенах «Святой Ольги» Новый год, решение было окончательное: еще одна ночь и побег. Уверенность укрепилась, когда в понедельник в палату 3 на 3 поступила третья мама со «свеженьким» ребенком и даже просто находиться в палате, не говоря уже о возможности поспать, было невозможно. Хотя в соседнем боксе уже второй день было пусто. И кровати там были получше, и даже один матрас приличный был замечен. Но воевать не хотелось. К этому моменту были изучены все методы лечения, которые изначально можно было бы применять в домашних условиях. Врач от побега нашего не возражал, выписал рекомендации, и подписал заявление об «условно досрочном» освобождении. Уже уходя, мы обернулись: на нашей двери отделения пульмонологии было большими буквами написано «реанимация». Из нее-то мы и вышли. 

Вести с форумов

Чтобы не быть голословными, приведем всего несколько отзывов об этой детской
больнице, зафиксированных от разных мам на известном форумеlittleone.ru (орфография и пунктуация не изменены).

13 декабря 2011 года:

«Приехали сами ночью, у дочки сильно болело ухо (2 г.7м.), капли не помогали.
В неотложке сказали ехать на Земледельческую. :Бытовые условия - тихий ужас!

Палаты маленькие, по 5-6-7 коек, маме кровать и питание не положено, кровати
подростковые, короткие и узкие, матрасы клеенчатые, дети все мокрые спят, потому как жара дикая, духота такая, что у меня пересыхало горло. Штукатурка сыплется, линолеум рваный, ребенок все время запинался, у тумбочки отваливается дверца.
Но это еще мелочи по сравнению с туалетом. 2 унитаза с перегородкой 1х1 м. И это для девочек и для мам. В общем, это надо видеть. Питание - обычное больничное, на "3". Видала всякое, поэтому отнеслась спокойно, но лучше - пусть носят из дома, микроволновка и холодильники имеются. Розетка в коридоре, и там очередь, чтобы зарядить телефон».

22 ноября 2011 года

«Попали сюда на скорой: уважаемые мамы, никогда не соглашайтесь ехать в эту больницу. Неврологическое отделение на втором этаже работает в формате инфекционного, причем господа медсестры продолжают утверждать, что вот-вот приедут неврологические больные. Это ж за что такое счастье, например, ребенку с ДЦП попасть в инфекционное. Уборки нет - за 2 дня ни разу не видела, в палате буквально лежит песок на полу, туалет, ванная как в блокаду в коммуналке, только тараканов не хватает - нет ни мыла, ни туалетной бумаги. Подселили нас в палату, где было уже 2 мамы и 2 ребенка, причем абсолютно разные по возрасту. Кровать для ребенка после года не предоставляется - муж отвоевал, кресла для кормления нет ни одного – тоже муж отвоевал у заведующей (оказывается, есть таковой в платной палате). Мест в платных палатах не было, но при этом был бокс на 4 человек абсолютно пустой, куда нас не пускали. В итоге мы отвоевали и это, и спали 2 ночи там. На вторую ночь в 6 утра к нам привели троих детей с родителями, когда у ребенка была температура под 40 две ночи. Розеток нет, чайник один у медсестер, когда всем понятно, что у маленьких детей питание связано с подогревом. В итоге подогреватель питания я поставила медсестрам на пост и бегала туда каждый раз. Где при этом будет ребенок, который может свалиться со взрослой кровати - всем все равно. Питание кошмар, причем этот кошмар только на одну порцию. Но как ребенок будет есть в год сосиски и жареную капусту? Дама в полиэтиленовом переднике сказала - еду дам, если дадите тарелку, мне тяжело таскать вам тарелки».

Июль 2011:

«Самое неприятное из бытовых условий - это постельные клопы. Июль, комары, фумигатор на всю ночь - утром все дети в палате усыпаны "комариными укусами". Догадалась только дома, когда ребенок увидел на мне (на коже) красные точки по 2-3шт в ряд».

© ДокторПитер