- Источник:
архив Госпиталя для ветеранов войн
«Боевая травма протекает по своим законам»
Во время Великой Отечественной войны Ленинград превратился в военный город. Были развернуты 44 эвакогоспиталя — больницы военного времени, куда свозили с передовой раненых. Одним из них был эвакогоспиталь № 2012 на Набережной реки Фонтанки, 36. До революции там располагался Екатерининский институт благородных девиц, после здание передали под мебельный склад, а перед самой войной в нем была школа.
Впоследствии эвакогоспиталь на Фонтанке и стал Госпиталем для ветеранов войн.
«Когда война закончилась, стало понятно, что очень многим пациентам, получившим тяжелые ранения, требовалась особая медицинская помощь и специально подготовленные врачи, — рассказывает замначальника госпиталя Татьяна Погода. — Боевая травма протекает по своим законам. Те хирурги, неврологи, нейрохирурги, которые работают с такими травмами, знают об этих особенностях».
29 августа 1945 года вышло постановление Совнаркома СССР об организации госпиталей для инвалидов войны, и спустя год, 5 июля 1946-го, на Фонтанке начал свою работу госпиталь.
- Источник:
архив Госпиталя для ветеранов войн
Стационар был рассчитан на 450 коек, из них 200 — для больных туберкулезом. Туберкулезных больных тогда было много. Голод, холод, тяжелейшие бытовые условия, хронический стресс и проблемы с лекарствами в блокадном Ленинграде — все это привело к распространению инфекции.
Остальные 250 коек поделили на хирургических и терапевтических пациентов.
«Большинство пациентов были с тяжелыми ранениями брюшной полости, грудной клетки, которые очень долго не заживают. В травматологии чаще всего лечили переломы трубчатых костей (кости, которые обеспечивают опору, защиту и движение. — Прим. ред.), эти травмы тоже долго срастаются. Вот такая хирургическая помощь нужна была в то послевоенное время», — говорит Татьяна Погода.
«Начальник госпиталя возил из дома яблони для сада»
Николай Николаевич Шаталов, первый начальник госпиталя
- Источник:
архив Госпиталя для ветеранов войн
Летом 1950 года госпиталь переехал в Невский район, на правый берег Невы, где находилась районная больница № 3. Костяк медицинского персонала составили сотрудники эвакогоспиталя № 1014, который располагался в здании Ленинградского педагогического института им. А. И. Герцена. А первым руководителем Госпиталя ветеранов стал хирург и начальник этого эвакогоспиталя Николай Николаевич Шаталов.
«Николай Николаевич был очень неравнодушным. Он жил и горел госпиталем, при этом обладал замечательными организаторскими способностями, — рассказывает Татьяна Погода. — Этот человек мог одновременно вести и хозяйственную, и медицинскую деятельность. Рассказывали, что после переезда он приносил из дома яблони и высаживал во дворе госпиталя яблоневый сад. Было у госпиталя и подсобное хозяйство: огороды, поросята».
Шаталов увлекался фотографией, создавал фотолетопись своего госпиталя и оставил богатый фотоархив. И, конечно же, большая его заслуга в атмосфере, которую он заложил в коллективе с самого начала.
«Он учил, что в нашем госпитале особые пациенты, что к ним нужен особый подход, больше терпения, милосердия. Ни в коем случае не обижаться, не раздражаться. Всем, кто устраивается к нам, мы говорим: „Вы приходите работать в особое лечебное учреждение. Здесь может работать не каждый. Поэтому мы не обижаемся, если кто-то уходит“, — отмечает Татьяна Погода.
«Лечение бойцов из Афганистана стало для врачей вызовом»
Со временем госпиталь обрастал новыми корпусами, расширялись виды медицинской помощи.
«У ветеранов начали появляться возрастные болезни. Присоединились такие заболевания, как хронические бронхиты, хронические обструктивные болезни легких. Начался рост сердечно-сосудистых заболеваний, инфарктов и инсультов. Все больше пациентов поступало с приобретенным сахарным диабетом, урологическими заболеваниями. Поэтому в 70-х годах в госпитале открываются пульмонологическое, кардиологическое, эндокринологическое, неврологическое отделения, отделение реанимации и интенсивной терапии, а также урология и гнойная хирургия», — рассказывает Татьяна Погода.
- Источник:
архив Госпиталя для ветеранов войн
Госпиталь не бросал своих первых пациентов и продолжал вести их на протяжении всей жизни. Но войны и конфликты не заканчиваются. В 1980-х годах в стационар начали поступать участники войны в Афганистане.
«Это стало определенным вызовом для наших сотрудников. Новые пациенты отличались от тех, кто участвовал в Великой Отечественной войне. Поступали бойцы, у которых еще свежи воспоминания, которые только недавно воевали. Было много пациентов с посттравматическим стрессовым расстройством, но наши врачи смогли адаптироваться. Наша неврологическая, терапевтическая, хирургическая службы справились с достоинством», — говорит Татьяна Погода.
После Чернобыльской катастрофы в госпиталь начали поступать ликвидаторы последствий аварии. А в 2016 году на базе стационара открылось отделение радиационной профпатологии, где с тех пор наблюдают участников ликвидации аварии, пострадавших от облучения, а также их родственников и детей.
Потом была Чеченская война, бойцы которой также поступали на лечение в госпиталь. «К тому моменту многие врачи, медработники проработали в госпитале уже много лет. Они делились опытом с молодыми врачами, учили, как работать с человеком, который только покинул зону боевых действий. Поэтому молодые доктора быстро всему обучались», — говорит Татьяна Погода.
«90-е пережили спокойно»
Евгений Маркович Агеенко руководил госпиталем с 1986 по 2014 год
- Источник:
архив Госпиталя для ветеранов войн
В непростые 90-е годы в госпитале открывается еще один корпус, где начинает работу большая современная лаборатория. Чуть позже появляется компьютерный томограф, кабинет ударно-волновой литотрипсии (аппаратный метод дробления камней в почках с помощью ударной волны. — Прим. ред.).
«Здесь я бы хотела упомянуть Евгения Марковича Агеенко, который руководил стационаром 28 лет, застав эти тяжелые перестроечные годы. Времена непростые, но зарплату не задерживали и проблем с медикаментами не было.
Но, конечно, огромное спасибо нужно сказать правительству Петербурга, потому что госпиталь всегда был особым учреждением для нашего города. И я говорю это без какого-то пафоса».
В 2020 году, когда мир столкнулся с пандемией коронавируса, на территории госпиталя за рекордные 6 месяцев построили автономный корпус-трансформер, который может быстро меняться под разные медицинские задачи. В пандемию это был инфекционный стационар, после — штатное лечебное подразделение. Сейчас в госпитале проходят лечение бойцы СВО, и многие из них находятся в новом корпусе.
«У нас пациентов крестят и венчают»
«Некоторые участники СВО лежат не один месяц: характер ранений подразумевает длительное лечение. Со многими ребятами наши врачи уже сдружились, знают их жен, их детей. Даже после выписки поддерживают общение, узнают, как сложилась судьба, смог ли после увольнения себя найти, — рассказывает Татьяна Погода. — Каждому пациенту нужен свой подход: с кем-то просто поговорить, быть помягче, а с другим, наоборот, вести себя построже.
С возрастными пациентами, ветеранами, наверное, эмоционально проще. Они очень благодарные, внимательно относятся к своему здоровью, дисциплинированные, в отличие от молодежи. Более внимательно прислушиваются к тому, что врач говорит. Видимо, только со временем, с возрастом приходит понимание, как это здорово, что, несмотря на беду, через которую ты прошел, ты остаешься жив. Начинаешь это ценить.
Не раз видела в коридорах, как пожилые ветераны общались с нынешними бойцами. Деды обычно подбадривают: «Держитесь, ребята». Бабулечки жалеют: «Ой, сыночек ты мой хороший, береги себя».
Мы сначала думали о том, чтобы расположить ребят отдельно, а оказалось, что с другими пациентами им даже лучше. Бойцы видят поддержку, слышат теплые, добрые слова. И им это важно, им приятно.
Очень трогательно видеть, когда на тумбочках лежат письма, стоят открытки от незнакомых детей. Они все это хранят.
Помогает и вера. В госпитале есть православный храм и часовня. А когда мы поняли, что ребята поступают из разных регионов страны, в новом корпусе открыли молельные комнаты для буддистов и мусульман.
- Источник:
Ксения Воронежцева
Батюшки, сестры очень помогают, всегда выслушают. Кого-то даже крестили, а несколько пар и венчали. Конечно, пышных торжеств не устраивали — пары обращаются уже женатые, но после пережитого им стало важно получить благословение. Так что лечение у нас не только телесное, но и духовное.
- Источник:
архив Госпиталя для ветеранов войн
На беседу к психологу идут жены и матери бойцов
В госпитале работает служба медико-психологического сопровождения, специально организованная для участников СВО, одна из первых в городе. Ее задача — проконсультировать и обследовать каждого поступившего.
«Зачастую, выписавшись из стационара, ни боец, ни его семья самостоятельно на прием к психологу не пойдут. Нужно объяснить, что психолог — это не страшно, что ходить к нему — вовсе не значит, что ты какой-то ненормальный», — говорит Татьяна Погода.
Обращаются к психологу и семьи бойцов, в основном матери и жены. Им особенно нелегко сейчас. Смотреть, как твой родной, близкий человек в тяжелом состоянии, в реанимации, — это серьезное испытание».
- Источник:
Ксения Воронежцева
Технологии меняются, подход к пациентам остается
«Сегодня оборудование и умелые руки наших хирургов позволяют делать фантастические высокотехнологичные операции, — рассказывает замначальника госпиталя. — Во время СВО наши травматологи получили патент на 3D-принтирование. При большом дефекте трубчатых костей с помощью 3D-принтера под конкретного пациента создается индивидуальный временный протез, который через какое-то время удаляют. Такая операция позволяет быстро восстанавливаться после тяжелых переломов.
Больше архивных фотографий смотрите в фотогалерее.
