Поражение легких может вырасти с 40 до 90 процентов
Фото
iStock/Getty Images

10 марта 2020 года знаменитая больница №40 в Коммунарке должна была принять первого онкологического пациента. Вместо этого, госпиталь за несколько часов переоборудовали под прием инфекционных больных с COVID-19. Решение приняли в 14 часов, а первого больного привезли уже в час ночи. 14 июля больница отметила печальную дату, 500 дней работы в «красной зоне». Как лечили больных? О больших и маленьких победах в борьбе с коронавирусом рассказал на площадке «Знание» главный врач Денис Проценко.

Денис Проценко

Денис Проценко

Реаниматология

Главный врач Городской клинической больницы № 40, анестезиолог-реаниматолог

Для нас, как и для всех врачей, было важно быстро перенастроиться, превратиться из хирургов, онкологов, травматологов в инфекционистов. Это то, что пережила вся система здравоохранения, когда врачи быстро переобучались, перепрофилировались и начинали работать с ковидом.

Приходилось делать все с колес. Для понимания заболевания у нас был опыт китайских коллег, которые первыми вошли в эпидемию, и европейских медиков, которые сделали это за полтора месяца для нас. Москва, как крупный хаб, приняла первый удар на себя. Год у нас не было свободного времени. Мы тратили его на то, чтобы изучать опыт коллег, обмениваться им. Мы находились в условиях ограниченных знаний по коронавирусу.

Большую роль играла телемедицина, но формата «врач — врач». У нас был проект «Шлем реаниматолога». На голову врача надевали камеру с высоким разрешением, микрофон поверх средств индивидуальной защиты. По зашифрованным каналам департамента здравоохранения мы налаживали связь. Врач осматривал больного, мы видели показатели на мониторах, видели историю болезни, просили провести некие манипуляции в режиме реального времени. Таким образом осматривали тяжелых больных, не отходя от компьютера, давали рекомендации для тех пациентов, которых нельзя было перевести в нашу больницу.

Коечный фонд Коммунарки состоит из основного здания — 806 пациентов и 66 в реанимации и временный госпиталь — 884 пациента и 286 реанимационных коек. В истории с тяжелыми ковидными пациентами мы всегда боролись до последнего. У нас не было объективной точки невозврата, поэтому и не было права опускать руки. Есть ИВЛ, есть ЭКМО. Был у нас пациент, мужчина, 100 лет, ветеран войны, поражение легких 90 процентов. 30 дней он провел в реанимации, еще три недели мы его восстанавливали, а потом перевели в реабилитационный центр. Помню, как 9 мая мы его поздравляли в реанимации. Он уже был вне медикаментозной седации. Разбудили, устроили небольшой праздник. Каждый ковидный госпиталь имеет такие истории.

О вакцинации

Мы часто слышим истории о том, что привился и заболел. Давайте разделять понятия. Кого мы называем вакцинированным заболевшим? 90 процентов тех, кто попал в больницу, заразившись после прививки, это люди в первые десять дней после первого компонента. А надо помнить, что иммунитет развивается через 14 дней после второго компонента.

В Коммунарке в реанимации есть пациенты, привитые двумя компонентами. Но тяжесть их состояния не связана с поражением легких. Это обострение их хронических заболеваний, которое требует контроля. Например, нарушение углеводного обмена. Процент таких пациентов крайне низкий. Поступают, да. Но вакцинация и создание иммунитета — это не знак «равно» с предотвращением заражения. Самая лучшая защита — это вакцинация и маска.

Вакцинация нам гарантирует минимализацию тяжелого течения и госпитализацию. Если вакцинированный пациент попадает в реанимацию, это связано не с вакцинацией, а с сопутствующими болезнями.

Поэтому напомню еще раз, пока вы не закончите весь цикл вакцинации, соблюдайте социальную дистанцию, носите маски. Медицина — построенная на доказательствах. А 20 миллионов вакцинированных — это большая цифра.

О мутациях вируса

Сейчас основной в московской популяции — вирус «дельта». Он имеет свои особенности — тяжелое течение у молодых пациентов. В основном раньше были пожилые: с диабетом, ожирением, сердечно-сосудистыми проблемами. Сейчас возраст пациентов значительно помолодел. Быстрее поражаются легкие. Недавний пример: пациент, 38 лет, поступил с КТ-2, примерно 40 процентов поражения легких. Несмотря на все принятые меры, терапию, через 48 часов он уже показал больше 90 процентов поражения легких. И это не единичный случай. Появилась группа non responder — не отвечающая на привычное лечение.

О плазме переболевших

Антиглобулин G помогает организму только на самой ранней стадии заболевания. Примерно пять дней с начала. Но это не магическая пуля, которая способна спасти пациентов в критическом состоянии. Иногда задают вопрос, может ли плазма заменить вакцину. Во-первых, у плазмы очень ограниченный ресурс, ее не назначают с профилактической целью. Во-вторых, это чужеродный белок, понятно, что для больных это не имеет значение, но для здоровых это лишняя бессмысленная нагрузка. В-третьих, плазма не дает пожизненный иммунитет, ее, по логике, придется переливать раз в две недели. Не вижу смысла даже обсуждать этот вопрос.

О антибиотиках для профилактики

У вируса нет того компонента, против которого направлено действие антибиотиков. Зато побочные действия препаратов могут привести к тяжелым побочным эффектам, вплоть до летального.

О новой волне

Я не Глоба, чтобы делать прогнозы. Новая волна может прийти в сентябре, когда все вернутся из отпусков и дач. Если мы проявим гражданскую сознательность, подготовимся, привьемся, то, возможно, ее тяжесть удастся снизить.

О том, чем лечат ковид дома

Используется ряд противовирусных препаратов, которые сокращают срок течения вируса. Симптоматическое лечение: таблетки от температуры выше 38 градусов. Обильное питье, для того, чтобы не только быстрее выводить вирус из организма, но и предупредить расстройства гемостаза. У пациентов с фактором риска в назначениях терапия антикоагулянтами. Не рекомендуется противомикробная терапия (антибиотики), так как вирус они не убивают.