Может ли ребенок унаследовать ген преступника, ответил психиатр Сычев

Что важнее: гены или воспитание? Современная наука считает, что важно и то, и другое. Но можно ли противостоять генам? Пойти против сценария, который задали предки?

Психиатру Кириллу Сычеву пришло сообщение от молодой мамы. Узнав, что ее муж связан с криминалом, она теперь переживает, что «ген преступника» передался и ее маленькому сыну.

«Супруга посадили после того, как я родила. А потом я узнала, что мужу поставили диагноз по экспертизе и что у его дяди была похожая история. Очень переживаю за ребенка», — пишет женщина.

Так есть ли ген преступника и можно ли перевоспитать ребенка с такой наследственностью?

Гена преступника нет

«Преступление — категория юридическая, а не биологическая. Что считается преступлением, меняется от страны к стране и от века к веку. Ген не может кодировать статью уголовного кодекса, он кодирует белок. Поэтому гена преступника не существует», — отвечает на своем канале доктор Сычев.

Однако от отца или матери ребенок может унаследовать темперамент. Он может стать таким же импульсивным и эмоциональным, иметь тягу к риску. Но все это еще не склонность к преступлениям. Эти особенности темперамента подросший ребенок также может направить в мирное русло — стать хирургом, спортсменом, спасателем, альпинистом или бизнесменом.

Иными словами, один и тот же темперамент у разных людей может проявляться совершенно по-разному. Многое зависит от воспитания, окружения, жизненного опыта и того, как ребенок научился справляться со своими эмоциями.

Однако есть ген воина

Итак, гена преступника не существует, однако в 1991 году ученые обнаружили «ген воина» — неофициальное название гена MAOA (моноаминоксидазы А), расположенного на X-хромосоме. Исследователи выяснили, что специфическая мутация в гене MAOA влияет на химический состав мозга, что связывают с выраженным агрессивным и антисоциальным поведением. Но есть оговорка: агрессорами, как правило, становятся только те, кто в детстве подвергался жестокому обращению. Так что само по себе наличие гена воина ничего не означает: среда, где растет ребенок, важна не меньше, чем его генетический набор.

«Такой вариант гена носит примерно каждый третий мужчина. И подавляющее большинство из них — обычные люди, которые никогда никого не убивали, не грабили, максимум — врезали Ваське из соседнего подъезда, да и то за дело, — шутит Кирилл Сычев. — То есть даже в самом известном исследовании про „плохую генетику“ решающим оказался не ген, а то, что с ребенком, носящим этот ген, делали его значимые взрослые».

По словам психиатра, в семье действительно могут повторяться одни и те же сценарии: домашнее насилие, унижение, постоянные конфликты, алкоголизм. Ребенок наблюдает за этим и постепенно усваивает подобную модель как привычный способ общения.

«Но если вы достаточно хорошая мать, не идеальная, а обычная, живая женщина, которая заботится и остается опорой, то есть если ваш ребенок не растет в таких условиях, цепочка на нем прерывается», — уверяет врач.

А если все дело в больной психике?

Некоторые душевные расстройства действительно могут передаваться по наследству. Поэтому, если у кого-то из родственников есть психиатрический диагноз, имеет смысл обсудить его с врачом-психиатром.

Но речь не о том, чтобы искать заболевание у здорового ребенка, таких анализов не бывает. Задача — понять, насколько конкретное расстройство связано с наследственностью и нужно ли в будущем обращать внимание на какие-либо особенности развития ребенка.

Иногда проблемой становится мать

Есть опасность, что встревоженная мать, узнав о криминальной жизни супруга, начнет постоянно искать в ребенке черты отца: «А вдруг он тоже такой?», «Подрался в школе. Ну, точно плохая наследственность».

Ребенок быстро почувствует, что в нем ищут признаки преступника, и постепенно усвоит опасную установку: «Со мной что-то не так». Поэтому в такой ситуации помощь психолога нужна прежде всего самой маме. Нужно побороть страх, который может отразиться на отношениях с ребенком.