Нарколог Батырев о «черных» рехабах: «Людей там дрессируют, а основная мотивация — страх»

В Истринском районе Московской области полиция обнаружила частный реабилитационный центр — рехаб, в котором находились 24 подростка от 11 до 17 лет. Там им якобы оказывали помощь в избавлении от зависимостей: алкогольной, наркологической и игровой. Однако вместо лечения к детям применяли насилие, незаконно лишали их свободы, заставляли есть собачий корм, подолгу оставляли связанными, не пускали в туалет и при этом заставляли улыбаться на фото. Давлению подвергались и сами родители, сотрудники пыточного рехаба запрещали даже задавать вопросы о состоянии детей и их настроении, пишет Baza. Причем суммы, которые платили мамы и папы, очень велики — более 100 тысяч рублей в месяц.

Помог раскрыть «черный» рехаб инцидент с одним из воспитанников, госпитализированным в коме после избиения. Задержаны двое подозреваемых, еще несколько человек в розыске. Возбуждено уголовное дело.

Принудительно лечить можно

Врачи-наркологи, с которым поговорил «Доктор Питер», в один голос говорят, что пыточный рехаб для подростков — за гранью добра и зла. Но в России и правда могут лечить от зависимостей, даже если сам пациент с этим не согласен.

«Теоретически дети могли там находиться законно, при условии, что на это были согласны, во-первых, родители, во-вторых, сами дети. Но, похоже, подростки были там, условно говоря, в заложниках. Так что это за гранью добра и зла — абсолютное нарушение всех законов, и за это должно быть серьезное наказание», — считает врач Андрей Мозоль.

По его словам, в России существуют варианты принудительного лечения, когда волю пациента не учитывают.

«Это отображено в законе о психиатрической помощи. Например, когда пациент может быть опасен для себя и/или окружающих, не в состоянии себя обслуживать или когда неоказание помощи может привести к ухудшению состояния пациента, — отмечает эксперт. — В случае с незаконным рехабом в Подмосковье дети должны были осознанно согласиться, например, на трудотерапию, которую нередко и успешно используют в психиатрии, и на ограничения. Но ведь они, судя по всему, являются психически здоровыми — соответственно, их нельзя госпитализировать против их воли. И именно поэтому, когда отменили лечебные вытрезвители и трудовые профилактории, все алкоголики и наркоманы оказались на улице, потому что закон о психиатрической помощи на них не распространяется».

Государственной детской наркологии нет

Возможно, родители решились отдать трудных подростков в подпольный «черный» рехаб потому, что подобных детских государственных заведений круглосуточного пребывания просто нет.

«Госпитализировать ребенка с зависимостью, но без психиатрического диагноза невозможно. Плюс родители понимают, что обращение в государственное учреждение 100% автоматически приводит к постановке ребенка на учет, — продолжает Андрей Мозоль. — Что касается лечения амбулаторного, то в государственных амбулаториях наркологи не лечат, им не до этого. У них поток пациентов, они выписывают справки, максимум — порекомендуют препараты, которые снижают тягу».

По словам эксперта, справиться с зависимостью зачастую возможно только в изоляции, например в частной клинике с медицинской лицензией, которой у подпольного рехаба в Подмосковье просто не могло быть. Но люди порой даже не понимают, в чем отличие законной наркологии от «черного» рехаба.

«У наркологической клиники с медлицензией всегда есть главный врач, заведующий отделением, постовая медсестра, санитарки, уборщицы, — продолжает Андрей Мозоль. — И стоимость пребывания может быть и выше — 20 и даже 30 тысяч рублей в сутки».

Как лечат зависимость в рехабах

Как пояснил врач-нарколог Егор Батырев, корень проблем полулегальных рехабов в том, что слово «закрытый» там понимают буквально. Это и превращает их в исправительные учреждения особого режима.

«Чаще всего в такие места попадают путем различных изощренных манипуляций и точно так же не дают выйти. Иногда это помогает, у недобровольных рехабов есть свой процент ремиссии (люди, которые продолжают находиться в трезвости после программы), но он существенно ниже классических добровольных реабилитаций», — говорит врач.

«Как происходит лечение? Во-первых, в рехабах созданы условия, исключающие употребление психоактивных веществ, что дает мозгу время на перезагрузку системы нейромедиаторов, — рассказывает Егор Батырев. — Во-вторых, в рехабе создается модель микросоциума со своей системой мотивации и демотивации, которая помогает сформировать антистрессовое поведение и научиться получать дофамин (гормон удовольствия) общедоступными способами (включая трудотерапию), а не с помощью психоактивных веществ».

Готовность к окончанию реабилитации оценивается по этапам программы, которые прошел пациент, отмечает эксперт. Это:

• понимание того, что зависимость — это болезнь;

• понимание того, что зависимость есть у самого пациента;

• понимание того, как проявляется заболевание в виде влечения к психоактивным веществам;

• формирование навыков борьбы с патологическим влечением к веществам;

• формирование и осознание стратегии «чистого» образа жизни.

«К сожалению, многие частные центры не придерживаются данных правил и разрабатывают свою систему лечения, которая строится на том, что пациента „дрессируют“ — вырабатывают у него условный рефлекс, чтобы он боялся даже подходить к веществам. Основной мотивацией к трезвости в таком случае служит не желание вылечиться, а страх снова попасть в условия такой реабилитации», — отмечает эксперт.