Фото №1 - «Терапия против СOVID-19 должна быть военно-полевой». Ученый из Новосибирска считает, что нашел способ победить вирус
Фото
ru.freepik.com

- Андрей Александрович, в апреле вы рассказывали нам, что нашли способ превратить новую коронавирусную инфекцию в подобие обычного гриппа и сделать ее управляемой, предупреждая образование тромбов. Что у вас в итоге получилось?

- Да, действительно, при коронавирусной инфекции в основном страдают микрососуды. Наш Центр профилактики тромбозов занимается исследованиями кровотока и микрокровотока уже более 30 лет, в мировой науке мы известны исследованиями в этой области, накоплен и клинический опыт. Поэтому нам было легче расшифровать механизмы развития COVID-19 и подобрать терапию. В марте мы сформулировали концепцию о том, что СOVID-19 это вирусное респираторное заболевание, которое при своем развитии трансформируется в вирусный микротромбоваскулит. После публикаций Россия первой ввела применение клексана (гепарина) в национальные рекомендации Минздрава. Но затем акценты в нашей работе поменялись. В терапии мы попытались блокировать развитие заболевания на шести направлениях. И когда начали непосредственно работать с пациентами с COVID-19, то увидели, что у части пациентов удается предотвратить развитие вирусной пневмонии, у части - просто удавалось остановить заболевание, и терапия на ранних стадиях максимально эффективна. Вначале мы не ожидали, что инфекция не просто лечится, она еще и предотвращается.

- Но все врачи в один голос говорят, что лечат только симптомы коронавируса, но не саму болезнь.

- Заболевание нормально лечится, если изменить стратегию. Во всем мире медицина сегодня делает главную ставку на то, чтобы уничтожить вирус внутри человека и подавить иммунный ответ. Однако все серьезные противовирусные препараты снижали активность ряда ферментов организма, подобно тому, как это делает вирус. Тяжелая интоксикация при этой инфекции возникает из-за накопления наших собственных продуктов: брадикинина, комплемента, лактата, тромбина… И чем серьезней препарат, тем больше у него влияния на собственные ферментные системы. Образно говоря, наша лекарственная артиллерия, уничтожая вирус, бьет по собственному же организму, в котором нам еще жить и жить. Мы проанализировали основные механизмы развития новой коронавирусной инфекции и решили их блокировать, лечить заболевание, а не уничтожать вирус. Ограничивать интоксикацию и восстанавливать поврежденные клетки. Как показала практика, мишени для лечения мы вычислили верно.

К тому же, коронавирусная агрессия сродни пожару. Она течет, нарастая, каскадом. Если провести диагностику, получить результаты, вызвать врача, приобрести в аптеке лекарства по рецептам для аптеки – при пожаре за это время здание сгорит.

2 декабря исследовательская группа ВОЗ, объединившая 405 ведущих госпиталей из 30 стран, прежде всего, из США и Европы, опубликовала результаты крупнейшего международного исследования. Все основные противовирусные средства, используемые в международных протоколах для подавления коронавируса, не повлияли на исходы и тяжесть заболевания. Летальность составила 11,8%. На недавней конференции главный врач 40-й ГКБ (Коммунарка) Денис Проценко рассказал, что с начала пандемии у него в больнице было пролечено 30 тысяч пациентов, летальность составила 8,5 %.

- Что предлагаете вы?

- Главный и основной принцип — блокировать ту интоксикацию, которую вызывают коронавирусы, у SARS-CoV-2, кстати, нет собственного тяжелого токсина, он обладает средней токсичностью. Вирус выключает наши ферментные системы и обеспечивает каскадное накопление наших собственных токсинов. И ни в коем случае не надо усиливать эту интоксикацию тяжелой противовирусной терапией или тяжелыми антибиотиками.

- При первых симптомах болезни врачи советуют пить жаропонижающее и ходить, чтобы не появились тромбы. Все лечение начинается, если болезнь переходит в среднетяжелую или тяжелую форму. Вы говорите, что можно прервать ее развитие в самом начале. Но как?

- При небольшой вирусной нагрузке течение болезни можно оборвать, если в первые часы провести стимуляцию Т-клеточного иммунитета — клеток, не антител. Антитела «включаются» очень медленно — наиболее активные появляются через одну неделю, антитела длительного действия появляются вообще спустя три недели. А вот Т-иммунитет и врожденный иммунитет запускаются в дебюте болезни — появился противник, клетки сразу взрываются, как противопехотные мины. Система клеточного гемостаза, образующая клеточные тромбы, участвует и во врожденном иммунитете. Поэтому ставку сделали на стимуляцию и поддержку Т-клеточного и NK-клеточного иммунитета. Если иммунная система в первые часы не справилась с инфекцией, тогда подтягивается антитромботическая и органозащищающая терапия. А так, для отражения атаки вируса достаточно стимуляции Т-клеточного иммунитета и активации метаболизма клеток. Но поскольку вирус бьет сразу по нескольким группам ферментов, их надо активировать. Мы начали с тромбозов и васкулита, создали первую защитную схему, а потом появились первые пациенты, схема расширилась и акценты сместилась. Сейчас терапия, которую мы предлагаем, в первую очередь превентивная, военно-полевая, если хотите, — мы настаиваем, что лечить пациента нужно сразу, в первые часы после появления симптомов. Препараты известны, в широком доступе, не требуют огромных материальных затрат.

- Как вы поняли, что ваша схема лечения эффективна?

- Мы оценивали результативность нашей терапии на группе пациентов в возрасте старше 45 лет, включая имеющих хронические заболевания. Проанализировали результаты лечения у 161 пациента. Честно говоря, за это время у меня прибавилось много седых волос — когда ты лечишь тяжелых больных по своей методике, пусть и общепризнанными препаратами, ответственность колоссальная. 35 пациентов из нашего исследования были с тяжелым течением и с сопутствующими заболеваниями — с бронхолегочными болезнями, с болезнями печени и артериальной гипертензией, онкологией, лежачие. Но никто не умер. Мало того, ни одному пациенту из этой группы не понадобилось ИВЛ.

- А кто эти люди, кто доверил вам свою жизнь?

- Это коллеги - врачи, члены их семей, пациенты из Новосибирска, Петербурга и Москвы. Они сами активно обращались с просьбой провести терапию, по принципам, опубликованным нами в медицинских изданиях. Кого-то мы вели дистанционно, кто-то лечился у нас в центре. Но всех этих пациентов мы вели в первую волну. А сейчас мы просто захлебываемся под валом обращений — уже две тысячи человек лечится по нашей схеме во всей стране. Масштабирование подхода, передача терапии в руки других врачей не помешали лечению. Протокол лечения по запросам отправлен в 14 стран, пять тысяч протоколов мы предоставили врачам России, Белоруссии, Украины.

- Минздрав знает о ваших разработках?

- Все развивается слишком стремительно, буквально по суткам и часам. По сути, вы обратились на передовую. Это свежие результаты. И больше всего они ошеломили именно нас. Мы создавали метод лечения, знали, что заложили правильные принципы, надеялись на 30 – 50% улучшить результаты традиционной терапии. Минздрав сейчас завален предложениями по испытанию новых препаратов от коронавируса, вакцин и тест-систем. Каждый препарат испытывается минимум в восьми разных больницах. В январе мы опубликуем нашу работу в медицинском журнале и начнется широкое обсуждение в отечественной и в международной медицинской среде. Главный критерий – это практика, результаты лечения, вылеченные больные. По нему и будут оценивать. И случайным наш результат не назовешь, здесь мы использовали опыт российской школы гемостаза и весь опыт, наработанный нами ранее в исследованиях нарушений кровотока с десятком институтов и федеральных центров нашего новосибирского научного центра. Поэтому и основной протокол лечения получил название «Новосибирск». Сейчас предложенная нами схема лечения распространяется по стране по принципу сарафанного радио.

- В вашем родном Новосибирске научный центр «Вектор» разработал антиковидную вакцину. Вы верите в то, что вакцина спасет всех нас от коронавируса?

-Я не просто верю, я работал с вирусологами, которые ее создают. Вакцина – это мощное средство защиты. Проблема в том, что вирус очень коварный, он великолепно маскируется и создает новые мутации. За последние полгода их накопилось много. Буквально пару дней назад были опубликованы результаты исследования, обнаружившего в Дании и Норвегии новый штамм вируса, мутация которого позволяет скрываться от антител. Напомню, антитела — это часть иммунного ответа, создаваемого вакциной. Часть пациентов из групп риска не будут вакцинироваться – вакцина для них будет слишком большой иммунной нагрузкой. Те, кто заболевает повторно, как правило, имеют слабый иммунитет и ряд хронических заболеваний. Поэтому так важен при COVID-19 превентивный подход. Профилактика простая. Высыпаться, не переутомляться, активно двигаться, залечить проблемы с кишечником, 12-перстной кишкой, желудком и печенью.

Справка

Протокол лечения предусматривает, что терапия начинается максимально быстро при появлении первых симптомов. И для неене требуется лабораторного подтверждения инфицирования. Задача – «опередить вирус в развитии осложнений, остановить заболевание в первые часы и сутки. Потеря времени недопустима».

Если она начинается рано, то достаточно применения препаратов основного протокола. А их несколько в зависимости от состояния пациента, потребности в сопутствующей терапии и стадии развития заболевания. Отдельно оговаривается, что в начале заболевания требуется обильное питье и ограничение продуктов, содержащих быстро всасываемые углеводы (сладости, мучные и кондитерские изделия, сахар, сладкие газированные напитки).

Список используемых препаратов в протоколе «Новосибирск» большой, чтобы не было попыток заняться самолечением, скажем лишь, что в острой фазе (1-7 дни тяжелого и среднетяжелого течения болезни) применяются уже используемые препараты (стероидные гормоны, антикоагулянты, антивирусные препараты), а также цитофлавин для уменьшения выраженности интоксикации и восстановления тканевого дыхания, препараты магния, препараты для поддержания печени. Если есть кашель — в зависимости от его характера («сухой» или «мокрый») - препараты для подавления или откашливания плюс разжижающий мокроту и ингаляционные стероиды. В протокол входят также противоотечные лекарства, в том числе для воспаленных слизистых носа, горла и ушей.Дополнительно — препараты эхинацеи и прополиса, мумиё, если нет противопоказаний.

В протоколе отдельно описаны схемы лечения пациентов, у которых в анамнезе есть кровоточивость, ситуации, в которых требуется применение антибиотиков (а они редки — всего 8% случаев заболевания), особенности приема антикоагулянтов для профилактики постковидных осложнений.

Ученые говорят, что по данным экспериментальных работ противовирусной активностью к SARS-CoV2 обладают флавоноиды зеленого чая, темного шоколада, винограда, черноплодной рябины и граната. Пока нет данных об эффективности их клинического применения, но желательно использование зеленого чая в диете при коронавирусной инфекции.

© ДокторПитер