Фото №1 - Петербургские психиатры поставили свой "диагноз"  реабилитационному центру для аутистов
Фото
фото с bplusmovieblog.com

Недоумение вызвало у врачей и то, что кинорежиссер обратилась с инициативой к самому Владимиру Путину: «Я просила президента срочно собрать межведомственную комиссию, - рассказала Любовь Аркус на семинаре в РГПУ имени Герцена опытным психиатрам. - В комиссию должны войти представители Министерства здравоохранения, Министерства социального обеспечения, Министерства образования и Министерства юстиции для того, чтобы начать разработку программы по решению проблем аутизма, которую нужно начать с того, чтобы ввести статистическую единицу «аутист»...» Свое мнение о центре Любови Аркус и проблеме аутизма высказали ведущие психиатры Петербурга.

Людмила Рубина, главный детский психиатр Петербурга:

- Любовь Аркус считает открытие центра чем-то новым, а я пережила это 25 лет назад, когда только началась перестройка. В то время стало модно адаптировать аутистов и даунов, пытаться делать из них «талантливых людей». И родители этих несчастных детей обрушились на наши городские клиники. Они стали общаться между собой, с их помощью открылись мастерские, реабилитационные центры, и семьи были уверены, что у них все получится и дети изменятся.

Увы, дети росли, а ничего не менялось. Не всегда удавалось даже добиться того человеческого контакта, который должен быть в семье между близкими людьми. В итоге кто-то из родителей понял, что усилия тщетны, а кто-то не хотел этого принимать. Семьи больных детей переругались между собой. Часть поменяла квартиры и уехала в Ленобласть, чтобы продолжить заниматься тем же. Часть просто пропала из моего поля зрения. Не буду называть имена, но многие из родителей теперь поддерживают точку зрения врачей. И, когда им задают вопрос: «Ваш сын изменился?», они отвечают: «Нет».

Есть еще одна сторона медали. Многие родители хватаются за диагноз «аутизм» потому, что он не звучит таким приговором как «олигофрения» или, к примеру, «имбецильность», «малоумие». Вроде бы их ребенок нормальный, но с «особенностями». На самом деле аутизм – серьезное заболевание. И, боюсь, многие родители, которые сейчас воодушевлены открытием центра, через несколько лет разочаруются.
Конечно, нет ничего плохого в том, что Любовь Аркус делает. С больными ребятами будут заниматься, но я считаю, что любая новая инициатива должна быть проверенной, и детей для таких центров тоже надо отбирать, диагностируя каждого отдельно. «Массовый» подход к аутистам в данном случае неприемлем, создавать такие центры фронтально нельзя. Хорошо бы еще, чтобы за процессом наблюдал высокообразованный консультант-психиатр.

Борис Воронков, доцент кафедры психоневрологии факультета повышения квалификации и последипломной подготовки Санкт-Петербургской государственной педиатрической медицинской академии:

— Нельзя заниматься аутистами вообще. Потому что каждый случай детского аутизма — разный по своим причинам, механизмам и клиническим проявлениям. Я смотрел фильм Любови Аркус «Антон тут рядом», и с точки зрения не только моей, но и многих психиатров Петербурга, Антон не является аутистом. Я не буду утверждать этого на 100 процентов, так как видел парня лишь на экране, но я бы поставил ему иной диагноз. В силу своего состояния он, вероятно, обучаемый, с ним можно работать.

Помните фильм «Человек дождя»? Там Дастин Хоффман играл аутиста в режиссерском представлении. Заметьте, в финале картины брат все равно провожал его на поезд в специализированный интернат. Это при всех гениальных математических способностях... Даже повзрослевшие аутисты не становятся полноценными членами общества. (Но кино есть кино, я не стал бы на него ориентироваться в диагностике больных.)

В жизни же аутисты никому не нужны, кроме своих несчастных родителей. Они не вписываются в социум. Как ни горько, эта болезнь гораздо более катастрофична, чем, к примеру, олигофрения. Потому что аутисты лишены воображения и пребывают в мире буквальности, из которого их не вывести. Аутист не сможет самостоятельно учиться в школе, он не ухватит в речи учителя смысл, и с ним постоянно должен быть сопровождающий.
Я не знаю, откуда взялась такая «позитивная» статистика у Любови Аркус, по ее мнению, аутисты успешно социализируются, и им даже снимают диагноз. На мой взгляд, это невозможно. Случаев выздоровления и социализации аутистов Каннера за много лет практики я не видел.

(О том, как будет работать центр "Антон тут рядом", читайте здесь)

Аспергер описал психопатов, которые обучаемы и могут даже работать, ведь у них высокий IQ. Но их аутизм имеет другую природу. Однако, даже если такой больной приобретет какую-то профессию, с ним рядом должен быть человек, помогающий ему общаться с внешним миром. Самостоятельно аутисты Аспергера существовать в обществе тоже не смогут. И даже если они научатся жить по формальным законам этого общества, среди людей, они будут, увы, чужаками.

Я за центр Любови Аркус: прекрасно, что аутистами кто-то занимается. Но все ли педагоги способны увидеть отличие аутиста Каннера от больного шизофренией или глубоко умственно отсталого. А ведь подходы к ним должны быть разные, даже аутистов Каннера и аутистов Аспергера нельзя реабилитировать в одной группе.
Настораживает также, что в центре диагностировать аутистов будет невролог, он же напишет и дальнейшую программу лечения реабилитации. Но ведь невролог – это другая специальность, они не занимаются лечением аутизма. Это психиатрической диагноз. Получается, что у меня болит сердце, а лечить меня будет ортопед.

Елена Давтян, доцент кафедры клинической психологии и психологической помощи РГПУ им. А. И. Герцена, заведующая дневным стационаром № 3 ГПНДС-7:

- На самом деле никакой «эпидемии» аутизма в мире нет. Все дело в системе диагностики. Последние классификации, созданные прежде всего американскими психиатрами, содержат много новых диагностических рубрик, которые являются не более чем крайними вариантами нормального поведения человека. Например, в журнале «Психиатрия и психофармакотерапия» опубликован перевод статьи американского психиатра Аллена Френсиса из Северной Каролины с удивительными цифрами: вследствие всех этих маневров диагностика разного рода душевных расстройств за время использования последней классификации увеличилась на порядок. Что касается диагностики расстройств аутистического спектра у детей, то она возросла более чем в 20 раз! Удивителен также тот факт, что 80  процентов всех психотропных препаратов назначается врачами первичной медицинской сети, не имеющими должной квалификации и времени, чтобы поставить правильный диагноз.

Существующей классификации не хватает научной обоснованности, и она зачастую (по мнению специалистов, находящихся в оппозиции) игнорирует клинический здравый смысл. Подобная ситуация может повториться и в России. В любом случае это дело специалистов. В отношении деятельности и выступлений Любови Аркус могу только процитировать профессора Преображенского: «Разруха не в клозетах, а в головах». Если режиссер, вместо того, чтобы снимать фильмы, выступает экспертом по проблемам аутизма, видимо, в стране наступает разруха.

Подготовили Наталья Черных, Екатерина Дементьева,