Пилюля для ученых Фармакадемии: несогласные увольняются

14:08, 05.12.2016 / Верcия для печати / 6 комментариев

Почти все сотрудники лаборатории фармисследований Петербургской химико-фармацевтической академии, начинавшие разрабатывать инновационное средство, покинули ее в течение двух лет. По госзаказу они проводили исследования препарата, пользу которого поставили под сомнение, его биодоступность составила всего 1%. Но работа продолжается — препарат обретает форму таблетки.

Пилюля для ученых Фармакадемии: несогласные увольняются
Фото: Доктор Питер

Возможностей для лечения инвазивных микозов (грибковых заболеваний) у людей с пониженным иммунитетом и такими заболеваниями, как сахарный диабет или ВИЧ, немного, хоть противогрибковых препаратов не счесть. И смертность от этого заболевания среди них очень высока. Новому недорогому эффективному отечественному лекарству наверняка порадовались бы врачи. Ученые Санкт-Петербургской химико-фармацевтической академии (СПХФА), преследуя благородную цель — найти средство для лечения инвазивных микозов, изобрели новую молекулу — тиадиазол и получили на нее патент. Под изобретение в 2011 году создали малое предприятие «Техноком-Био», в 2015 году подали заявку на исследование этого соединения за государственный счет (грант — 33 млн рублей) в Министерство образования и науки.

Сотрудники лаборатории уверены, что академия не должна была этого делать:

— Во-первых, потому что в рамках предварительных исследований, которые проводятся до подачи заявки, следовало экспериментально изучить механизм действия вещества, но этого сделано не было, - поясняет Елена Федорова, на тот момент -  руководитель отдела научно-исследовательских работ СПХФА. — Во-вторых, пилотные исследования установили очень низкую биодоступность – всего 1%, то есть всасывается только одна сотая часть введенного вещества. (Для справки: если для пероральной формы лекарства (таблетки, капсулы) биодоступность меньше 18%, крупные зарубежные компании снимают препарат с исследований). Поэтому еще до подачи заявки на конкурс сотрудники сообщили руководству академии, что по результатам пилотных исследований можно написать научную статью и остановить работы по изучению тиадиазола как лекарственного средства, продолжив изучать его как биоцид (химическое средство для борьбы с вредными и болезнетворными организмами) для промышленности. Однако когда исследовательская группа вернулась из летнего отпуска, заявка в Минобрнауки уже была подана и более того — одобрена. 

Минобрнауки сделал госзаказ на 33 млн рублей 

В 2015 году Министерство образования и науки заключает государственный контракт с СПХФА на «Доклинические исследования лекарственного средства, на основе производного тиадиазола, обладающего противогрибковой активностью». По его условиям СПХФА на основе результатов, полученных в ходе доклинических исследований, должна создать таблетку для лечения инвазивных микозов и предоставить пакет документов для проведения клинического исследования. 

В процессе изучения любой новой молекулы доклиническим исследованиям предшествуют пилотные. Когда завершаются многостадийные доклинические этапы, препарат проходит несколько фаз клинических исследований. Мировая практика говорит о том, что даже до доклинических испытаний большая часть изобретений не добирается, не говоря уже о том, что в клинические испытания попадает 1 из 10 изобретенных молекул. 

Пилотные исследования, которые проводятся до подачи заявки на грант, должны показать сравнительную активность нового соединения в экспериментах на животных и опытах in vitro, а также обладать невысокой токсичностью, при которой уровень терапевтических доз должен быть в 10-100 раз ниже токсических.

Терапевтическая и смертельная дозы препарата - рядом

Работы по госконтракту, заключенному СПХФА и Минобрнауки, рассчитаны на три года и выполняются в несколько этапов. На начальных этапах следовало изучить токсичность будущего препарата. Ученые искали дозу, после приема которой у животных не развиваются нежелательные явления при повторном введении. Они сообщают, что терапевтическая и токсические дозы, при которых часть животных гибнет при повторном введении, находятся в опасной близости, у них практически нет так называемого окна, широта которого характеризует безопасность препарата. (Справка: терапевтическая доза — доза лекарственного средства, вызывающая терапевтический эффект; токсическая доза — доза, вызывающая в организме патологические изменения, смертельная доза — вызывает смертельный исход). 

Как декларируется на сайте Минобрнауки, по результатам исследований проводится экспертиза, в задачи которой входит получение ответа на вопрос о перспективах использования полученных результатов и целесообразности продолжения незавершенных работ. И тут, на взгляд сотрудников лаборатории, ответ не может быть положительным: ни одна изученная на животных доза не проявила себя настолько безопасной, чтобы на ее основе сделать соответствующий пересчет для применения у человека.

Но на удивление сотрудников лаборатории Минобрнауки приняло все отчеты и выделило новые транши – на продолжение исследований. 

— Так как мы сдаем работу государственному заказчику, отчеты принимают у нас не только комиссия академии, но и эксперты. – рассказала «Доктору «Питеру» Надежда Карташова, нынешний руководитель отдела научно-исследовательских работ. - У меня есть все акты, которые закрыты заказчиком, подтверждающие, что экспертиза пройдена, заказчик все принял и удовлетворен нашей работой.

Тем временем ученые начали отказываться брать на себя ответственность. На втором этапе заведующая лабораторией Анна Бурякина сняла с себя полномочия заместителя руководителя работы и была введена должность директора лаборатории — на нее назначили к.б.н. Дмитрия Ивкина. Кто-то сам покинул исследовательскую группу, а кому-то создали условия для увольнения.

Животные неконтролируемо гибнут

— Я пришла в лабораторию на этапе, когда заявка была принята Минобрнауки, - рассказывает Татьяна Мельникова, старший научный сотрудник лаборатории. - В это время «Биокад» выполнял исследования по мутагенности и вводил животным дозу, далекую от токсичных при однократном введении. Суть опыта - в том, чтобы ввести самцу вещество в течение 5 дней, затем спарить его с самкой и исследовать потомство — нет ли у него мутаций. Работники компании даже не могли довести опыт до конца в полном объеме, потому что уже при повторном введении невысоких доз мыши умирали. Мы сделали внеплановую гистологию. И увидели, что с органами — беда. При этом мыши гибли, а крысы - нет. Мы хотели понять, почему? У крыс есть анатомическая особенность — у них нет желчного пузыря, а один из основных путей выведения чужеродных, в том числе лекарственных веществ — конъюгация желчными кислотами. Я пыталась разобраться, привлекала к научной дискуссии коллег. Руководство обвинило меня в том, что этим я наношу вред академии и потребовало написать заявление об увольнении по собственному желанию, а если я этого не сделаю, уволят по сокращению штата. Я не поняла, в чем вина исследователя, который хочет понять механизмы токсичности? И стала первой из научной группы фармакологов, которых вытеснили из списка исполнителей работы, а затем и из лаборатории. 

Пилюля для ученых Фармакадемии: несогласные увольняются

«Результаты сравнимы с мировым уровнем»

Осенью завершился третий этап исследований, на котором выяснилось, что низкая биодоступность (1%), установленная в предварительных исследованиях, неожиданно повысилась в десятки раз. Об этом сообщил «Доктору Питеру» директор лаборатории фармисследований Дмитрий Ивкин:

- Мы исследовали фармакокинетику на двух видах животных (крысы и кролики) при нескольких путях введения на трех уровнях доз. Исследовали различные специфические виды токсичности. По представленному отчету наши эксперты подтвердили качество результатов – написали, что они сравнимы с мировым уровнем. 

Расхождения в итоговых выводах исследователей по биодоступности вещества Дмитрий Ивкин объяснил так: 

— Соисполнители (НИИ гигиены и профпатологии и экологии человека ФМБА — Прим. ред), которые выполняли пилотный проект..., они несколько, я не хочу говорить «неграмотно», но в принципе это слово наворачивается на язык, использовали растворитель для лекарственного препарата. Когда они его использовали, то снижалась биодоступность препарата. Простой пример могу привести: если человек только что поел овсяной каши и принял лекарство, то препарат действовать не будет. Исследователи, выполнявшие пилотное исследование, вводили препарат в крахмальной слизи со всеми вытекающими отсюда последствиями. Мы получили растворы действующего вещества и, естественно, биодоступность была выше: на вскидку не скажу, но в десятки раз выше, чем 1%. Есть и другие способы повышения биодоступности, наши коллеги как раз этим занимались.

Четвертый этап и другие...

Дмитрий Ивкин рассказал «Доктору Питеру» о том, что больше половины доклинических исследований уже прошло: «Мы закрыли 4-й этап. Аллергенного эффекта нет, иммунотоксичность - данных не получено, мутагенных свойств не выявлено, фармакокинетика определена: по результатам третьего этапа она выше показателя пилотного исследования в десятки раз». 

По словам руководителя проекта и одного из создателей нового химического соединения, профессора СПХФА Игорь Яковлева, отсутствие мутагенного действия доказали на «Биокаде»: «Он («Биокад») идет у нас как соисполнитель и продолжает 4-й этап - уже на таблетках, субстанция проверена. Четвертый этап - это разработка технологии создания этих таблеток, и дальше — доклинические исследования, которые будут проводиться в «Биокаде» и в Москве, в этом институте (имеется в виду Всероссийский государственный центр качества и стандартизации лекарственных средств для животных и кормов — Прим. ред.)». 

- На пятом этапе будут оценены некоторые виды активности, - говорит Дмитрий Ивкин. - В частности, наши коллеги из «Биокада» оценят репродуктивную токсичность, а мы - хроническую токсичность разработанных таблеток. 

Шестым этапом станет обобщение данных, полученных в ходе исследования, и составление «Брошюры для клинического исследования». 

На вопрос «Доктора Питера», пойдет ли этот препарат в производство или хотя бы в клинические испытания, профессор Игорь Яковлев ответил: «Надеемся». И сообщил, что «крупное предприятие «Биокад» просило и просит нас продать патент».

- Я думаю, что когда мы закончим, мы коммерциализуем нашу разработку и продадим ее «Биокаду», - добавляет Надежда Карташова, нынешний руководитель отдела научно-исследовательских работ.

«Доктор Питер» направил официальный запрос в компанию «Биокад» с просьбой рассказать, действительно ли компания намерена приобрести патент, организовывать клинические испытания лекарства на основе тиадиазола и планирует его производить, как рассказывают в академии?

Однако на эти и другие вопросы издание получило скупой ответ: «В рамках партнерских отношений с СПХФА компания BIOCAD выполнила исследования для изучения мутагенных свойств препарата Тиадиазол, что дает возможность СПХФА перейти к этапу клинических исследований данного препарата. По результатам клинических исследований BIOCAD будет принимать решение о своей заинтересованности в коммерциализации данного проекта».

А ученые, работавшие с новой молекулой, написали письмо правительству РФ о том, как в Петербургской фармакадемии профанации выдаются за инновации. Судя по всему, разбираться с их заявлением будут в Минздраве — именно туда его направили из аппарата правительства РФ. 

Ирина Багликова

© Доктор Питер

Рубрики: Фармакология

6 комментариев Оставить комментарий

Старый простой критерий поможет истине: пусть те, кто ратуют за внедрение , опробуют это вещество на себе, и докажут, что верят в результат и возможность выжить

Деньги попилили на самом верху, но не поделились с исполнителями, те обиделись, и мстят.
Лекарство, судя по всему -- дерьмо.
Открыто столько эффективных и уже недорогих фунгицидных препаратов, что в новых просто нет необходимости. Дженериками того же флюконазола забито всё.
Напоминает историю с арбидолом.

Это же импортозамещение по-российски! Такими отечественные лекарствами нас и будут кормить?

К сожалению, в России все так. Вроде зарегистрировать сложно и лекарства, и мед.изделия, и испытания проводят.... Но везде подлог и подтасовка. Все прекрасно. Но только все же покупать лучше не российские лекарства и мед.изделия.
За державу обидно.

Хотят узаконить мошенничество в крупных размерах, и все ради прибыли... о людях и их жизнях думать некогда, лишь бы денежки скорее в карман набить....По принципу заботы о благе народа, уничтожение людей под видом "доброй" таблетки..."Съешьте таблетку и будете здоровы!" ( А сами думают:"сдохните поскорей, чтобы голоса вашего не было слышно") Ведь те, кто был против, уволены... Это хорошо известный изощренный способ фашистов... Так в чем же разница между концлагерями ВОВ и сегодняшним днем?

То есть надо так понимать, что после первого этапа, получив за него бабло, ученые свалили и тут у них проснулась совесть в связи с недостаточно открытым окном?! И они начали писать письма в миздрав и правительство! А полученные деньги они тоже наверное вернули?! Ну за окно на первом этапе? И особенно умиляет дальше хор экспертов про лекарство говно, везде подлог, концлагеря и фашистов...

Написать комментарий:

Вы также можете оставить комментарий, авторизировавшись.


Самое обсуждаемое

Самое читаемое

Читать все отзывы

Нашли ошибку?

captcha Обновить картинку
×