Фото №1 - В психиатрических клиниках Петербурга все «под Богом ходят»
Фото
Елена Яковлева/ДП

Напомним, ночью 12 апреля в 442-м Окружном госпитале на Суворовском проспекте были убиты две медсестры психиатрического отделения. Скорее всего, только они и дежурили в ту ночь. В убийстве подозреваются три пациента отделения — солдаты-срочники. Никакой охраны в отделении, постов и «часовых» нет и не предусмотрено действующими нормативами для медицинских учреждений, в том числе оказывающих помощь пациентам с психиатрическими проблемами. «Доктор Питер» спросил у «гражданских» врачей, как организована защита медицинского персонала в городских клиниках, где лечатся петербуржцы, не имеющие отношения к Вооруженным силам.

В зоне риска — медсестра

В психиатрии действуют нормы, установленные Минздравом: подразумевается, что пациенты — люди, нуждающиеся в медицинской помощи, а не преступники, которых надо охранять. Поэтому особые условия наблюдения за пациентами есть только в двух больницах Петербурга — это одно из отделений 6-й психиатрической больницы, в которую госпитализируют пациентов для судебно-медицинской экспертизы, и Психиатрическая больница специализированного типа с интенсивным наблюдением УФСИН, в которой лечат преступников с психиатрическими диагнозами. 

Остальные клиники, где оказывается психиатрическая помощь, охраняются, как и любая другая больница, будь-то клиника сестринского ухода за лежачими больными или детская больница: по периметру.    

В условиях, когда среднего (медсестер) и младшего (санитаров) медицинского персонала катастрофически не хватает, рано или поздно возникают проблемы. А не хватает его чаще всего в федеральных медицинских учреждениях, будь то многопрофильная ВМА или специализированный НИПНИ им. Бехтерева. Потому что зарплата там заметно ниже, чем в клиниках городского подчинения.

Как рассказал «Доктору Питеру» Михаил Шипилин, заведующий первым психиатрическим отделением НИИ им. Бехтерева, надежной защитой от побегов или суицида в отделении уже на протяжении многих лет остаются только решетки и крепкие замки:

- Раньше так называемые принудчики — признанные невменяемыми по суду и находящиеся на принудительном лечении госпитализировались на специализированные отделения и охранялись службой МВД. Сейчас и этого нет — их содержание легло на гражданское здравоохранение, у которого, в соответствии с приказом Минздрава, нет никаких полномочий для создания спецпостов для охраны и защиты от агрессивных больных. А стать агрессивными они могут внезапно, независимо ни от чего. Так, например, недавно на нашем отделении один из пациентов оттолкнул медсестру и выбил входную дверь. И хорошо, что дверь поддалась, потому что в том состоянии, в котором он был, в случае неудачи объектом агрессии стала бы медсестра. Убежал. Более того, удерживать его мы не имеем права по закону, если он был госпитализирован на отделение по собственному желанию. И медсестру никто не упрекнет в том, что сбежал пациент: средний медицинский персонал в клиниках нашего профиля — на вес золота. В отделении, рассчитанном на 50 коек, в советские времена хватало санитаров-мужчин, на посту дежурили три медсестры одновременно. Это важно, с точки зрения безопасности — своеобразная страховка. А сейчас у нас на посту — одна медсестра. Ночью у пациента внезапно случился приступ агрессии, и он запустил ей в голову цветочный горшок. Попал. Хорошо, что женщина не лишилась сознания после такого удара. Иначе все отделение осталось бы до конца смены вообще без присмотра. Это системная беда психиатрии — беззащитность медиков.

Главный психиатр Петербурга: «Под Богом ходим»

В городских психиатрических клиниках ситуация другая. Как утверждает главный психиатр Петербурга и главный врач психиатрической больницы им. Скворцова-Степанова Александр Софронов, в его клинике во всех отделениях смены укомплектованы — на суточных дежурствах хватает и санитаров и медсестер. Но никаких «часовых» и охранников у отделений тоже нет. Психиатрическая клиника, как и любое другое медицинское учреждение, по результатам конкурсных процедур заключает договор с частным охранным предприятием, которое обеспечивает безопасность всего учреждения:

- «Частное охранное предприятие (ЧОП) по договору собственными силами и средствами обеспечивает безопасность учреждения, защиты его имущества и территории от огня, воров, вандализма или несанкционированного прохода», - цитирует договор Александр Софронов. - В этом году мы даже увеличили количество постов охраны. Но это не значит, что «чоповцы» должны «сторожить» пациентов и сотрудников. Конечно, если в отделении кто-то разбушевался, и персонал не может с ним справиться, можно позвать на помощь сотрудника ЧОП. Но он не имеет права применять силу, в том числе для так называемого «физического стеснения пациента» (обездвижение с помощь простыней, полотенец, специальных ремней). Он может только защитить медика, точно так же, как прохожий может стать на защиту человека, который на его глазах подвергся нападению.

Больница им. Скворцова-Степанова — на особом положении, в ней в каждом отделении есть тревожные кнопки и на вызов прибывает наряд местного отделения полиции. В отличие от сотрудников ЧОП, полицейские имеют право применять силовые меры для защиты как окружающих, так и самого пациента. 

- Но мы ими пользуемся редко, абсолютное большинство наших пациентов — тихие и безобидные, не надо пугать ими людей, - говорит Александр Софронов. А с другой стороны, и он признает, что работа в психиатрии опасная: «Под Богом ходим, и, конечно, заинтересованы в более действенной защите».

«К нам доставляют пациентов без половых членов и с гвоздями в голове»

Как правило, «острых больных» - тех, кому требуется помощь не только психиатра, но и врачей других специальностей, везут в психосоматические отделения обычных многопрофильных больниц. Первое такое отделение создано в Александровской больнице 15 лет назад. Причем сначала в течение пяти лет там не было даже решеток на окнах — до тех пор пока один из пациентов не совершил суицид. Тогда между рам установили сетку-рабицу, и на этом «защитные мероприятия» завершились.

- Мне хотелось показать, что правильная организация работы и современная фармакология способны превратить едва ли не режимную психиатрию в обычную медицинскую практику, - рассказывает главный врач Александровской больницы Юрий Линец. - И сегодня у нас нет ни постов у отделения, ни запоров, ни решеток. И нападений на персонал, драк тоже не было. 

В Александровскую поступают как раз самые сложные пациенты — чаще всего те, кто при обострении заболевания ведет себя агрессивно и наносит себе увечья. «Скорая помощь» доставляет их в отдельное помещении приемного покоя, там «успокаивают» с помощью лекарства и направляют на отделение. Пациент приходит в себя и перестает быть агрессивным. В противном случае, его госпитализируют в палату под «строгий контроль», то есть напротив поста медсестры. И при подозрении на возможную агрессию используются препараты для успокоения.

- Отличие психиатрического отделения в обычной многопрофильной больнице от специализированных психиатрических клиник в том, что в специализированных в основном оказывается так называемое плановое лечение - всего 5-10% поступают по «Скорой помощи», - говорит Юрий Линец. - А у нас все пациенты поступают по экстренным показаниям. На моей памяти только мужчин, отрезавших себе половые члены, доставляли человек шесть. Не говорю уже о выпрыгивавших из окон, выстреливших в себя из пистолетов или с гвоздями в голове... У нас бывает все, потому что этим пациентам требуется, например, помощь хирурга параллельно с помощью психиатра. Но мы справляемся, и ужесточать режим не собираемся. Тем более, что любое ужесточение режима не успокаивает таких пациентов, а наоборот, возбуждает.

© ДокторПитер