Фото №1 - Члены СовФеда рассказали, чего не хватает тяжелобольным детям
Фото
фото с clip.dn.ua

Полное название мероприятия - I Всероссийский конгресс «Современное состояние, новые возможности и перспективы развития паллиативной помощи детям». На его открытии в четверг, 30 октября, выступили чиновники разного уровня. Первым был сенатор Вадим Тюльпанов (который прежде, напомним, был спикером петербургского парламента), потому что Совет Федерации значится среди организаторов конгресса. В Петербурге, сказал Тюльпанов, в 2003 году был открыт первый в России детский хоспис. В ближайшее время откроется его филиал. Детские хосписы есть в Казани и Воронеже, еще один строится в Московской области. Но в стране по-прежнему больше 40 тысяч детей страдают неизлечимыми болезнями и нуждаются уже просто в облегчении страданий - этим, собственно, и занимается паллиативная медицина. Поэтому участники конгресса должны обсудить, как развивать оказание помощи безнадежно больным детям.

 

(Почему в России так сложно создать детский хоспис, читайте здесь)

 

Детский омбудсмен Павел Астахов свое выступление посвятил родителям, которые не отказались от неизлечимо больных детей, «не испугались диагнозов, не предали своего ребенка, а борются вместе с ним». Правда, он не добавил, что бороться этим людям приходится и с государством, в том числе за бесплатные лекарства и ту самую паллиативную помощь, которой посвящен конгресс. Но об этом упомянула выступавшая позже сенатор Людмила Козлова, зампред комитета СФ по социальной политике: она привела статистику, правда, не первой свежести, а за 2010 год, по которой расходы на бесплатные лекарства для тех, кто лечится амбулаторно, в России в 3 раза меньше, чем в странах ЕС. Между тем, акцентировала сенатор Козлова, президент Путин в своем послании Федеральному собранию в декабре 2013 года (на этот документ она ссылалась несколько раз) давал целый ряд указаний по повышению качества медицинской помощи. А заболеваемость и смертность в России, по словам сенатора Козловой, несмотря на наказы президента, сегодня на 40 процентов выше, чем у европейских соседей. 

 

Детский омбудсмен в Петербурге Светлана Агапитова рассказала о земных проблемах детей, нуждающихся в особом внимании: не о лекарствах, которые не появятся у них (как, впрочем, и у взрослых) только потому, что о них рассказали на конгрессе. Ее беспокоит очень простая вещь: почти треть больных детей не имеет возможности учиться. Почему-то, говорила Агапитова, многие чиновники высказываются в таком духе, что, мол, «незачем мучить ребенка, который и так борется с болезнью». Часто они очень хотят учиться. Агапитова привела в пример мальчика, которого привезли в хоспис в терминальном состоянии, но он «все равно просил с ним заниматься».

 

(Почему врачи направляют пациентов в хосписы только перед самой смертью, читайте здесь)

 

Агапитова обратила внимание на удивительное обстоятельство: в тех регионах, где нет детских хосписов, местные законы детально описывают процедуру - как должен учиться больной ребенок за счет бюджета. В Архангельской, Саратовской, Кемеровской областях, рассказывала детский омбудсмен, такие законы есть. В Петербурге есть хоспис, но закон только готовится. Между тем, на практике дети учатся даже в хосписе, если у них есть силы и желание, с ними работают 11 педагогов. Только существует система, как и почти все в этом хосписе, за счет благотворителей, а не госказны.

Добавим, что достигать «перспектив и новых возможностей», о которых говорили и еще скажут на конгрессе (он продлится 2 дня), нужно будет в условиях, когда расходы федерального бюджета на здравоохранение снижаются. Отвечая на вопрос «Фонтанки» о том, откуда в таких условиях возьмутся деньги на «перспективы и новые возможности», сенатор Тюльпанов ответил, что средства государство изыщет непременно.

© ДокторПитер