Петербургская клиника им. Федорова уходит в «автономное плавание»

09:00, 26.09.2014 / Верcия для печати / 0 комментариев

В Петербурге двум федеральным медучреждениям Минздрав разрешил стать автономными, то есть изменить форму собственности. Так министерство оптимизирует систему, сокращая расходы на ее содержание. Что это значит на практике, «Доктору Питеру» объясняет директор «оптимизированного»  МНТК «Микрохирургия глаза» Леонид Балашевич.

Петербургская клиника им. Федорова уходит в «автономное плавание»
Фото: фото с mntk.ru
- Леонид Иосифович, когда в Минздраве заговорили об оптимизации учреждений федерального подчинения, ходили слухи, что филиалы МНТК «Микрохирургия глаза» им. Федорова передадут в регионы. Но вы остались государственным учреждением, только в другом статусе.
 
- Это были не слухи. Петербург уже готовился принять на баланс наш филиал МНТК в качестве городского бюджетного учреждения. Но передача клиник МНТК регионам фактически означала разобщение и уничтожение системы, созданной когда-то Святославом Федоровым и распространенной на все регионы страны. У нас было другое предложение – оставить нас в Минздраве но в статусе не бюджетного учреждения, а автономного. Петербургский филиал МНТК давно уже вынашивал эту идею, ее поддержали в Москве и документы для смены статуса мы начали готовить задолго до того, как заговорили об оптимизации. 
Минздрав наше предложение поддержал, и действительно, может говорить в этом случае об оптимизации, потому что расходы бюджета на наши клиники существенно сокращаются. Я считаю, что в масштабах страны мы спасли систему, созданную Святославом Федоровым.
 
- Когда официально вы станете автономным учреждением?
 
- Пока мы остаемся «в подвешенном состоянии» – перевод из бюджетного в автономное учреждение в соответствии с ФЗ-83 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием правового положения государственных (муниципальных) учреждений» оформляется постановлением правительства. Мы ждем, когда оно будет издано и будут расставлены точки над i. Судя по тому, как обычно проходят такие документы, это произойдет либо к концу года, либо в первом квартале следующего. Но решение уже принято.
 
- В Петербурге всего два учреждения в рамках «оптимизации» получили статус автономного – МНТК и Институт им. Бехтерева. Почему именно вы?
 
- А по России таких всего три. До сих пор ни у одного федерального медицинского  учреждения автономного статуса не было. Почему мы? В первую очередь, потому что, в отличие от других медицинских учреждений, мы обладаем большей финансовой устойчивостью. 
 
 
Вспомните, в начале 1990-х, когда начался капитализм, государство перестало оплачивать большую часть услуг, которую оно финансировало в период существования Советского союза, – рефракционную хирургию (дальнозоркость, близорукость, астигматизм), очковую и контактную коррекцию. А для нас это были основные виды деятельности, петербургский филиал под них и создавался. Уже тогда мы были вынуждены научиться зарабатывать деньги. 
 
Еще одно отличие от других государственных учреждений – у нас много пациентов из-за рубежа, в том числе из стран бывшего Советского союза. Там помнят клиник Святослава Федорова, а мы сохранили имидж бренда и создали высокий уровень хирургии. 
 
- Что даст вам «автономное плавание»?
 
- В первую очередь это относительная финансовая и управленческая свобода. Мы получаем право держать свои деньги в коммерческих банках, а не только в казначействе (государственные средства, конечно, по-прежнему будут идти через него). Это значит, что свободные деньги мы можем давать в рост и получать с этого доходы, можем брать кредиты – чего вообще не могли делать, будучи бюджетным учреждением, хотя весь мир, в том числе медицинский, развивается в кредит. Например, нам сегодня катастрофически не хватает площадей для развития, надо строиться, а для этого требуются кредиты, поскольку у Минздрава на это денег нет и не было. 
 
Мы получаем возможность самостоятельно формировать кадровую политику. Клиника Федорова, в отличие от других клиник, даже в советское время имела право нанимать и увольнять столько сотрудников, сколько требовалось. Но нас давно уже лишили этой возможности – загнали, как и всех, в «совковую» ловушку, к которой вернулись в Минздраве в 2000-е годы. Автономный режим восстановит историческую справедливость.   
 
Да, теперь Минздрав не будет перечислять средства на мизерную зарплату (у хирурга она составляет 5 тысяч рублей, для нас это бесконечно малая величина), не будет оплачивать коммунальные услуги. Но эти минусы перевешивают те плюсы, которые мы получаем с переходом на автономный режим управления. 
 
- Какие изменения ждут пациентов? Вы будете оказывать меньше бесплатных услуг?
 
- Для пациентов ничего не изменится, кроме того, что клиника получит большие возможности для развития, а значит и для улучшения качества услуг. Мы будем продолжать работать в системе обязательного медицинского страхования. А поскольку с 2015 года все финансирование пойдет через ОМС (в том числе высокотехнологичная медицинская помощь, которая прежде финансировалась Минздравом), то, как и сегодня, лечение останется бесплатным. 
 
Статус автономного учреждения вовсе не значит, что учреждение становится коммерческим и все лечение в нем будет за плату. Но, безусловно, мы, как впрочем, и бюджетные учреждения, сохраняем за собой право на оказание платных услуг. Это то, что не оплачивает государство, например, рефракционная хирургия и еще некоторые виды медицинских услуг. Кроме того, можем предлагать услуги за плату, когда у нас закончились деньги из фонда ОМС. 
 
- Но уже в этом году было понятно, что в системе ОМС денег на финансирование ВМП для федеральных клиник недостаточно. Поэтому когда все виды ВМП переведут в ОМС, риск недофинансирования бесплатной медицинской помощи вырастет. Значит, вы будете меньше оказывать бесплатных медицинских услуг. Тем более, что и по ФЗ-83 работа по госзаказу для автономного учреждения – не основной вид деятельности.
 
- Для пациентов в этом случае проблема заключается не в клинике. Например, сегодня очередь на лечение катаракты у нас уже - на три года, в других клиниках – то же самое. Вы скажете, что очередь на лечение катаракты была и в советское время. Да, но причины очередей в то время и сегодня разные. Тогда она была потому, что клиник, способных оперировать катаракту, было мало, и они не могли удовлетворить потребность в этих операциях. Сейчас пациенты стоят в очереди, потому что государство в полном объеме не может финансировать их лечение. 
 
 
В прошлом году Петербургский фонд ОМС дал нам государственное задание на 2 тыс операций по лечению катаракты, в этом году уже 4 тысячи. А наша фактическая производительность – 9 тысяч, потенциальная – минимум 10 тысяч. Четыре тысячи операции пациентам с полисами ОМС мы сделали к концу июня. Деньги закончились. Теперь мы можем оперировать только платных пациентов. 
 
В рамках федеральной программы ВМП (сложная хирургия на сетчатке роговицы, операции при тяжелой глаукоме, например) на год мы получили около 1 тысячи квот, сейчас дополнительно получили еще 350 квот. Если учесть, что в неделю мы делаем около 500 операций, то это наш объем на 2-2,5 недели. То есть работа по госзаказу для нас и сегодня – «не основной вид деятельности». И совсем не потому, что мы так хотим.
 
Сейчас звучат предложения по организации амбулаторной хирургии катаракты - в районных поликлиниках. Это огромные вложения в так называемые основные средства – оборудование, помещения. Зачем, если не загружены существующие мощности? Мы можем и 9 тысяч операций по поводу катаракты сделать. Уверен, к увеличению объемов госзаказа готовы и другие клиники - ВМА, СЗГМУ им. Мечникова, СПбГМУ им. Павлова, больница №122 им. Соколова, Дорожная больница, городские больницы №2 и 40. У города - избыточные мощности, зачем вкладывать деньги в их содержание, когда они простаивают? И уж тем более вкладывать средства в создание новых. Городских мощностей хватает, надо их использовать по максимуму. Но денег на это нет. В этом вся проблема и она будет нарастать.
 
 
Для ее решения у государства есть два пути. Первый – реалистичный: признать, что денег у государства не хватает и сказать людям: «Давайте лечиться вместе». То есть ввести софинансирование. Сегодня же, если пациенту с полисом ОМС, например, для замены хрусталика при катаракте, я предложу премиум-линзу, он должен оплатить не только ее, но и саму операцию. То есть – либо все бесплатно с линзой эконом-класса, либо все за деньги с выскокачественной линзой.
Второй – фантастический: финансировать здравоохранение по потребности, а не исходя из тех средств, что выделены, основываясь непонятно на каких расчетах.
 
Я уверен, что у государства деньги есть. Вопрос в приоритетах их расходования.

© Доктор Питер

Рубрики: Медицинская власть, Офтальмология

Ещё нет комментариев

Написать комментарий:

Вы также можете оставить комментарий, авторизировавшись.

Самое обсуждаемое

Самое читаемое

Читать все отзывы
Читать дальше

Нашли ошибку?

captcha Обновить картинку
×