Как в Финляндии инвалидов учат самостоятельно справляться с жизнью

10:53, 08.10.2015 / Верcия для печати / 1 комментарий

Еще несколько лет назад в стационарах Финляндии постоянно находились 20 000 инвалидов с врожденными нарушениями развития. Сейчас — 3 000. Куда, спрашивается, остальные делись?

Как в Финляндии инвалидов учат самостоятельно справляться с жизнью
Фото: на фото финская панк-группа Pertti Kurikan Nimipäivät

Все люди одинаковые, но некоторые — особенные

Когда зимой нынешнего года российские поклонники Евровидения почти высокомерно надеялись на успех Полины Гагариной, наши северные соседи в Финляндии ждали выступления представителей своей страны с затаенной надеждой и ...тревогой. Ведь мало того, что финская группа «Именины Пертти Курикки» исполняла не традиционный для этой певческой площадки панк-рок, так еще и участники группы — люди с особенностями развития. А это вам не миленькие, чистенькие бурановские бабушки, чей преклонный возраст и национальные костюмы заранее давали фору (и кто же в мире не любит аккуратных старых бабушек?), а «четыре умственно ограниченных мужчины средних лет» - как они сами о себе говорили накануне выступления.

И с чего, спрашивается, пошла Финляндия на такой риск? Что, «нормальных» певцов нет? Есть, и немало. Только вот уже лет пятнадцать в этой стране пытаются переломить ситуацию в обществе, где (как и почти везде) принято было считать, что больной человек, инвалид должен находиться в некой изоляции от здорового общества — либо лежать в стационаре, либо быть «личным горем» своих родителей (в том числе, престарелых); стараются объяснить, что инвалиды, такие же люди, как все, и имеют право на самоопределение, то есть, самим решать, где, как и с кем им жить. Но поскольку особенности развития у этих людей все же есть, то, как считают медики и социальные работники, надо просто помочь им справиться с жизнью.

Легко ли распространяется по стране эта тенденция «на самоопределение» инвалидов, на закрепление нормы, при которой все люди, пока не совершили преступление, равны? Не очень легко, говорят сотрудники центров, в которых проходят социализацию эти особенные люди. Вот, в прошлом парламенте, например, «застрял» закон, которого так ждали и который бы зафиксировал эту новую норму, но новый парламент, к счастью, продолжает начатую работу. Да и в самом обществе тоже не все радужно. Например, недавно жители одного из крупных городов Суоми, узнав, что рядом с ними в квартале собираются жить люди с особенностями развития, выступили против...

Первым всегда не просто

И все же процесс, как говорится, пошел. И именно снизу, от муниципалитетов. А первопроходцами по оказанию услуг и социализации людей с особенностями развития стал Южно-Карельский округ социальной службы и здравоохранения «Эксоте». Именно здесь местные муниципалы первыми в Финляндии разработали программу социализации людей с особенностями развития, учитывая и демографию, и социологию, и материальную составляющую.

Итак, в нескольких городах и местечках южной Финляндии (Лаппенранта, Иматра, Париккала...) были созданы специальные центры (по подобию коммун), в которых люди с особенностями развития учатся жить самостоятельно: заправлять кровать, запускать стиральную машину, звонить по телефону... Перевести этих людей на полное самосодержание — это, пожалуй, главное, к чему стремятся там медики и социальные работники. А поскольку степень заболеваний и инвалидности у каждого постояльца разная, то перед переездом инвалида в подобный центр ему тщательно разрабатывается персональный пакет услуг: кого-то надо научить ходить в магазин, кого-то устроить на работу — помогать в кафе или ткать коврики, делать катиску для рыбалки. Не забыта и безопасность (в том числе - сексуальная): правила пешеходов, светофоры, дымоуловители, колюще-режущие предметы, звонки в квартиру от незнакомых людей — все нужно объяснять с нуля.

Все центры разные. Но объединяет их то, что персонала в них больше, чем самих постояльцев. Поскольку работа с таким контингентом — невероятно трудная, требующая полной самоотдачи. Если обычные матери мучаются, по много раз объясняя маленькому ребенку или трудному подростку простые, очевидные вещи, то представьте, как нелегко идет обучение людей с аутизмом, с синдромом Дауна... (Это только в фильме «Человек дождя» все красиво - Дастин Хоффман создал почти очаровательный образ доброго молодого человека, замкнутого на себе, но производящего в уме сложнейшие арифметические действия; в реальной жизни все не так радужно). А ведь есть и совсем непростые постояльцы, которым требуется круглосуточное нахождение в центре...

Результаты? А результаты таковы, что родственники, навещающие своих родных в центрах, только диву даются. Они так трепетно опекали дома «своих инвалидов», что про социализацию и не думали — лишь бы жил, был сыт и чист; а тут, оказывается, он сам в аптеку ходит, сидит за ткацким станком, на кухне помогает... А они-то думали, что до конца дней своих будут нести этот тяжкий крест — быть родителями или родственниками ребенка-инвалида.

За чей счет?

Центры — это небольшие домики на несколько квартир. У каждого квартиранта (от 18 лет и старше) - собственный санузел, мебель и внутренняя отделка — по желанию и вкусу постояльца, аудио-видео — тоже по желанию. Входить без разрешения в эту «крепость» никто не может...

На чьи средства существуют в своих «коммунах» инвалиды? Во-первых, у каждого из них есть пенсия (в зависимости от степени заболевания — от тысячи евро). Восемьдесят процентов аренды жилья оплачивает государство, остальное, включая еду, - из пенсии инвалида. «Жить можно» - скажут многие из нас.

Чтобы «вписаться» в программу по оказанию социальных услуг инвалидам — надо пройти тендер. «Ексоте» самым тщательным образом рассматривает все заявки. В тендере могут принимать участие и негосударственные центры (как, например, «Вилла Карелия»), но если критерии предлагаемых услуг будут соответствовать запросам «Ексоте», то такую услугу у них купят.

Все они — центры «Артту», «Кайсла», «Петяямяки», «Вилла Карелия» и другие - имеют свою специфику (где-то поддерживается самостоятельная жизнь инвалидов, где-то проживают люди, требующие усиленного обслуживания), но конечная цель у всех одна — научить особенных людей жить обычной, не особенной жизнью.

Один — значит, совсем хорошо

Ну, а высшее достижение специалистов этой тонкой и гуманистической области, добиться того, чтобы постоялец однажды захотел уйти из центра и начать полностью жить самостоятельно. Как, например, сделал Темо: сначала он жил в одной из групп центра, а потом стал арендовать жилье в обычном городском доме. Правда, центр не забывает: приходит сюда поесть (ну, какому молодому человеку хочется дома стоять у плиты?), да звонит, если что...

- Темо, тебе не одиноко?

- Нет.

- Я не о душе...

- Я понял. Нет, я не одинок, у меня есть подруга, на работе познакомились. Но мы еще не помолвлены...

Многие родственники, принявшие решение направить своего особенного домочадца в центр, поначалу переживают именно из-за одиночества. Но когда видят в центре театральные постановки, выслушивают восторги от поездки на рок-фестиваль или в летний лагерь, где гуляют, занимаются спортом и кормят комаров, израненные души чуть-чуть успокаиваются.

Мирка Рахман, руководитель отдела маркетинга города Лаппенранты, тоже подтверждает, что в центре «Вилла Карелия», где находится ее сестра Мира, страдающая аутизмом, девушка намного быстрее социализуется, чем дома. Диагноз ей определили где-то в год: девочка встала на ноги, но не пошла, а стала «крутиться-вертеться». Сейчас Мира — общительная болтушка, занимается рукоделием, мечтает посетить Таллин, обладает потрясающей визуальной памятью — в подробностях помнит, в чем были одеты ее родственники десять лет назад. И удивляется, что те сами об этом не помнят; считает, что мы — какие-то странные. Может, так оно и есть...

Понять - почти принять

По данным специализированных сайтов сегодня аутизмом страдает каждый 88-й ребенок в мире. Причины патологии не выяснены до конца.

О детях-аутистах, а также о «солнечных детях» - детях с синдромом Дауна — мы задумываемся, только когда это касается лично нас или публичных людей (дети с синдромом Дауна были или есть у актрисы Ии Савиной, телеведущей Эвелины Бледанс, у модели Натальи Водяновой - сестра аутист). Примеры и сподвижничество этих людей начинают разворачивать общество в сторону приятия этих маленьких людей с особенностями развития. Правда, очень медленно. Быстрее процесс идет там, где помощь оказывается на государственном уровне.

...В отдельные квартиры дома «Петяямяки» в Париккале люди с ограниченными возможностями заехали в конце зимы. А в мае устроили в доме праздник и пригласили соседей из окрестных домов. Взрослые и здоровые финны походили по дому, пообщались с особенными постояльцами. И ... решили выделить им кусок большого поля. Пусть копают, сажают выращивают. Обычные же люди. Только чуть особенные...

Галина Леонтьева для «Доктора Питера»

Фото автора

© Доктор Питер

Рубрики: Общество

1 комментарий Оставить комментарий

Г.Л.: [Результаты? А результаты таковы, что родственники, навещающие своих родных в центрах, только диву даются. Они так трепетно опекали дома «своих инвалидов», что про социализацию и не думали — лишь бы жил, был сыт и чист; а тут, оказывается, он сам в аптеку ходит, сидит за ткацким станком, на кухне помогает... А они-то думали, что до конца дней своих будут нести этот тяжкий крест — быть родителями или родственниками ребенка-инвалида.],

- ЕРУНДУ! да притом глупую пишешь! Родители и родственники ребёнка-инвалида такие же как родители и родственники ЗДОРОВОГО РЕБЁНКА! Да, если есть отвращение к своему ребёнку то и здорового бросают! По интернету вижу, что в России происходит. Вы вторглись в чужую страну, если росиянка. А если нет, то вторгаетесь в тему от которой очень далеки.

p.s. этот комментарий паренесла из Fb.

Написать комментарий:

Вы можете оставить комментарий, авторизировавшись






Читать дальше
Читать дальше

Самое читаемое

Самое обсуждаемое

Читать все отзывы
С какими проблемами вы чаще всего сталкиваетесь летом в отпуске?

Все опросы



Нашли ошибку?

×